– Когда поняла, что надо нести ответственность за свои поступки. Я не отличалась этим раньше, но теперь изменилась. Кроме того, у нас нет выбора. Нам надо брать ответственность на себя или вместе бежать на Восток, что на самом деле не очень хороший план.
Алек широко улыбнулся и обхватил обеими руками ее талию, потом его ладони скользнули выше, к ее грудям.
– Думаю, вы правы, мисс Уитни, а это значит, что вы принимаете ответственность за свои поступки прямо в эту минуту.
Он встал, быстро повернулся и, приподняв Иди, бросил на кровать. Она упала на спину в неуклюжей позе, ее юбки задрались кверху до коленей, и шляпа слетела с головы.
– Что ты делаешь? – крикнула она.
– Собираюсь заняться с тобой любовью, – сказал Алек с соблазнительной улыбкой.
Иди попыталась сесть.
– Должно быть, ты шутишь.
Он снял с себя куртку и бросил ее на пол.
– Разве это похоже на шутку? – спросил он, многозначительно устремив взгляд на место ниже пояса.
Щеки Иди покраснели, когда она увидела его явное возбуждение в штанах. Подавив смех, она попыталась опустить юбки, чтобы прикрыть ноги. Алек пресек попытки Иди сохранить благопристойность, отстранив ее руки и подняв юбки выше коленей.
– Алистер Джилбрайд, я не намерена заниматься с тобой любовью в этом странном доме среди бела дня, – запротестовала она, тогда как он снял ее очки и осторожно положил их на столик рядом с кроватью.
– Почему? – Он забрался на постель, заставив ее подвинуться.
– Почему? – повторила Иди, стараясь придать своему голосу возмущенный тон.
Конечно, она была возмущена, но ее тело явно одобряло безумную идею Алека. Сердце Иди учащенно забилось в предвкушении, и она с ужасом осознала, что уже сделалась мягкой и влажной между бедер. При этом ей трудно было сформулировать убедительную причину отказа.
– Ну, потому что это неприлично, – пролепетала она, в то время как Алек лег на бок, опершись на локоть и глядя на нее. – Ведь мы еще не женаты.
Он начал расстегивать ее корсаж.
– Но мы скоро поженимся. Кроме того, твоя невинность улетучилась в окно прошлой ночью.
– Это правда, – согласилась она, тяжело дыша – Алек уже запустил руку под ее одежды. – Но есть другие причины. Сейчас день, и мы находимся в чужом доме.
Алек снова улыбнулся ей и потянул за ленты корсета.
– Этот дом вовсе не чужой для меня. Кроме того, день – самое удобное время для любви, потому что я могу хорошо видеть тебя. Он снова потянул за ленты, и ее груди выскочили поверх корсета, обнажив соски.
Иди вскрикнула, когда он потер ладонью один сосок, который тотчас напрягся и затвердел. Она вынуждена была сжать бедра вместе, чтобы укротить пробуждающуюся глубоко внутри страсть.
– Никогда в жизни я не видел ничего более прекрасного, – сказал Алек, нежно сжимая сосок.
Иди, подавив стон, предприняла последнюю попытку урезонить его:
– Но что если мистер Монро услышит нас? Что он подумает?
Алек пожал плечами, явно слушая ее невнимательно и продолжая играть с ее грудями.
– Какая разница, услышит он нас или нет?
– Алистер Джилбрайд!
Его рука замерла на груди Иди, а взгляд встретился с ее взглядом. Лицо Алека приняло печальное выражение.
– Очевидно, я озабоченное животное, не правда ли? Я не могу сдерживать себя, особенно с тобой.
Он наклонился и поцеловал ее долгим медленным поцелуем, отчего Иди рухнула на подушки. Мыски ее ног сжались в сапогах.
– Ты лучше всех, – тихо сказал Алек, откинувшись назад, чтобы посмотреть на нее. Взгляд его был нежным и страстным. – С тобой моя жизнь, наконец, приобрела смысл. – Он усмехнулся. – Это просто чудо, учитывая, в каком смятении я пребывал. Но когда мы вместе, как сейчас, никто и ничто не стоит между нами, и это прекрасно.
То же самое Иди испытывала прошлой ночью, когда он искренне хотел жениться на ней. Алек не был склонен скрывать чувства, и сегодня он поделился с ней своими секретами, не боясь, что при этом он стал уязвимым. Это было самым ценным подарком, какой Иди когда-либо преподносили, и ничто она не принимала так легко.
Он снова наклонился и поцеловал ее в кончик носа.
– Ты нужна мне больше всего в жизни. Позволь мне заняться с тобой любовью, Иди Уитни. Прямо здесь, прямо сейчас.
Как могла она отказать ему, когда желала того же самого?
Иди обвила руками его шею.
– Хорошо. Этот дом кажется весьма основательным, поэтому, полагаю, мистер Монро ничего не услышит, если мы будем вести себя тихо.
Алек засмеялся и протянул руку к ее юбкам.
– О, стены достаточно толстые, уверяю тебя. И не забывай, что я был агентом. Я могу действовать очень тихо, если того требуют обстоятельства.
Затем, так быстро, что у Иди перехватило дыхание, он поднял ее юбки до бедер, обнажив гнездышко завитков. Когда его рука коснулась ее нежного естества, Иди вздрогнула, вжимаясь в подушки.
– Раздвинь ноги, милая, – глухо произнес он. – Я хочу видеть тебя всю.
Она сглотнула слюну, потом посмотрела на себя, безрассудно раскинувшуюся на постели.
– Но на мне все еще сапоги, – глупо сказала она.
Алек озорно засмеялся, раздвигая ее бедра шире.
– К тому же еще чулки и подвязки. Не хватает только кнута.
Иди сузила глаза.
– Что это значит?
