Самолётик грустно посмотрел вслед Облачку Пара, недавно бывшему Капелькой Воды, и вдруг что-то случилось у него внутри: он заурчал, заурчал… и с новыми силами сорвался с места. Это Пилот прямо посреди неба заменил какую-то штуку у него в животе – и усталость как рукой сняло! Тогда Самолётик сразу же поспешил по назначенному маршруту, потому что потерял в небе много времени, а люди давным-давно ждали писем друг от друга.
– Лучше я женюсь на какой-нибудь птице, – размышлял Самолётик, летя по назначенному маршруту. – Потому что птицы не испаряются. Тем более что у меня ещё не истёк срок годности… а с птицей мы вполне можем вместе летать по небу, пока нас не спишут. И потом, царей всё равно рано или поздно свергают!
Говорят, найти камушек с круглой дырочкой – к счастью.
Вот Камушек-с-Круглой-Дырочкой и нашли. И сказали: «Это к счастью».
А Камушек-с-Круглой-Дырочкой испугался, потому что не знал, как делают счастье.
– Ой… – озаботился он вслух, – меня нашли. Надо теперь счастье скорее делать.
– Делай! – сразу начала торопить его Ниточка, на которую его повесили.
Ниточка была красная и крепкая: с такой не сорвёшься!
Камушек-с-Круглой-Дырочкой дёрнулся вправо, дёрнулся влево – в надежде, что Ниточка всё-таки лопнет – и он убежит. Но Ниточка не лопнула.
Ещё и сказала, совсем уже строго:
– Не дёргайся! Делай счастье!
И Камушек-с-Круглой-Дырочкой принялся висеть на Ниточке и думать…
Легко ей говорить: делай счастье! От неё самой, между прочим, ничего не требуется: её просунули в дырочку – и всё.
А ему что теперь, когда он уже привязан?
Привяжут, да ещё требуют: делай счастье… Он и отвязанным-то не знал – как!
Камушек-с-Круглой-Дырочкой носили на шее. На шее было тепло и спокойно. Можно было спрятаться под одежду и носа наружу не показывать. Так и жить себе поживать: снаружи ведь всё равно не видно, делает он там, под одеждой, счастье – или спит да сопит в свою дырочку!
Только вот Ниточка сперва никак покою не давала – нет-нет, да и скажет:
– Ты чего это просто так висишь? Тебя на меня не за этим повесили! Тебя повесили, чтобы ты счастье делал. Делай давай!
Впрочем, потом и Ниточка замолчала: тоже, небось, пригрелась на шее – и ни гу-гу. Благодать!
«Может, не каждый камушек с круглой дырочкой должен счастье делать? – спрашивал себя иногда Камушек-с-Круглой-Дырочкой. – Кстати, и вообще непонятно, кому и когда такое в голову пришло, что камушки с круглыми дырочками – к счастью! Кто это проверял, что они – к счастью? Да и как можно так уж совсем всерьёз полагаться на какой-то камушек… Камушек, он камушек и есть: что с него возьмёшь? И не отругаешь его, и не похвалишь: камушку всё равно! Лежит себе где-нибудь на бережку – или вот, как я, висит на ниточке… и взятки с него гладки».
Правда, иногда возникала в нём вдруг паника: что ж я всё вишу и вишу – и так долго уже вишу, а счастья не делаю! На меня ведь надеются… Хоть и не сказали точно, когда именно счастья ждут! Тоже, между прочим, неправильно – если вам надо, чтобы я счастье делал, скажите: счастье должно наступить тогда-то и тогда-то. Я бы к тому моменту приготовился… напрягся бы как-нибудь: авось, и получилось бы не одно, так другое! А если всё так неопределённо… сделаешь счастье, а и не заметит никто, потому что – не ждут. Доказывай потом: в такой-то вот день и в такой-то вот час я счастье сделал!.. Посмотрят на тебя с недоверием и спросят: это какое же такое было тогда счастье – что-то не припоминается! Зря, значит, старался.
Хоть Ниточка и казалась крепкой, а взяла как-то и лопнула – с лёгоньким таким взрывом: ах!..
Лопнула – и сказала Камушку-с-Круглой-Дырочкой:
– Извини… перетёрлась я!
– Об меня? – с ужасом спросил он.
– Да нет, – ответила Ниточка и, виновато улыбнувшись, сбежала вниз: – Об время.
А что уж она имела в виду – только она одна и знала.
Камушек-с-Круглой-Дырочкой почувствовал, что больше не привязан. Казалось бы, катись теперь куда хочешь: падай – и катись по дорожке… свобода!
Только как же тогда счастье – которого он, Камушек-с-Круглой-Дырочкой, так ещё и не сделал?
Новая Ниточка оказалась синтетической – такие не перетираются.
«Это навсегда», – с тоской подумал Камушек-с-Круглой-Дырочкой, а Синтетическая Ниточка спросила:
– Тебя зачем на меня повесили?
Значит, она не знает зачем! Значит, ей надо сказать: на память – а больше ничего не говорить. И новая эта ниточка никогда не станет упрекать его в том, что он не делает счастья! Можно висеть себе на шее и ни о чём не думать. Просто висеть, висеть, висеть на Синтетической Ниточке – вечно.
– Меня повесили… – начал было Камушек-с-Круглой-Дырочкой, а закончил совсем не так, как хотел: – Чтобы я счастье делал.
– Делаешь? – осведомилась Синтетическая Ниточка.
«Делаю! Скажи: делаю! – твердил ему внутренний голос. – Она синтетическая, что́ она понимает в счастье? Пусть думает, что ты не просто так висишь, а при деле… дескать, висишь – и от тебя происходит счастье! Тогда она будет уважать тебя, эта Синтетическая Ниточка, – и больше никогда даже и не произнесёт слова «счастье»!
