- Представь себе, никто на тебя не нападает, все говорят тебе комплименты... – сказала я. – Заодно и поговоришь со своим братиком...
- Лу, ты что, совсем сошла с ума! – в ужасе сказала мама. – Да в этом платье и Джекки и пикнуть не успеет, как его...
Мы с Мари хихикнули.
- И почему вам в голову вечно приходят всякие гадости! – осуждающе сказал пап'a.
- Не вечно, не нам... – обижено сказала Мари.
- И не в голову... – буркнула я.
- Ну, я знаю, чем вы думаете... – сказал граф, шлепнув нас сзади. – Но иногда надо применять и самую возвышенную часть...
- Думать ушами...
- Хи-хи...
- Я могу ими двигать!
- У меня получается!
- А ну прекратите балаган!!! – вмешался граф. – Я имел в виду другое!
- Он имел в виду заколку, Мари, – догадалась я.
- Нет, парик, – решила Мари.
- Нет, я их буду пороть, – решил граф.
- Не сейчас и не всех, – сказала мама. – Сейчас мы идем танцевать!
- Если хочешь, чтоб забыли про предыдущую гадость, – поделилась я накопленным опытом жизни, как человек умудренный, с Мари. – Надо сделать еще большую...
- Но в таком случае есть вероятность, что тебя будут бить все вместе, – поделился своим опытом, шмыгнув носом, Джекки.
- Ах, Джекки, ну кто же делает гадости дома, – удивленно укорила его я. – Это надо делать в гостях... Откуда уйдешь и...
- И куда тебя больше не приглашают, – сурово продолжила мама.
- Ах, мама, – отмахнулась я. – Мир такой большой! Людей так много! На всю жизнь! И потом, это же твои знакомые, а не мои... Да и привыкаешь... Мои шутки не злые и ласковые...
- Ага, а кто закричал зимой в женской бане, – пожар – а потом захлопнул изнутри дверь за всеми?
- Но, мама, там было так много женщин, а ты же знаешь, я люблю помыться в одиночестве... – недоуменно сказала я.
- А что делали девочки голые на улице возле парламента, ты хоть подумала?
- Но ты же была с ними, могла присмотреть... – возмутилась я.
- Я то спряталась в кусты, я привыкла к маскировке, но герцогиню К... все узнавали даже там, и каждый лорд, проходя, снимал шляпу и кланялся...
Ну почему это все неприлично хихикают?
- Зато эта герцогиня навеки прикусила свой язык, и я же который месяц слышу в свой адрес только комплименты, – гордо сказала я.
- Конечно, только ты не видишь, как она каждый раз при этом проверяет, на месте ли юбка...
Все опять начали вести себя совершенно неприлично.
- Слушайте, я не понял, – заглянула в комнату белая невеста в виде герцога. – Так вы пойдете когда-нибудь танцевать, или нет?
Я накинула на лицо вуаль. Я леди! Не хватало еще мне, чтоб он кричал на весь замок, что я оборотень. Если тут есть Джекки, похожий на меня как две капли...
- Ах, это вы, герцог? – спросил Джекки. – Вы что-то странно выглядите... У вас помада размазалась...
Тот заревел, как не пытался сдерживаться.
- Я, – говорит, – посторожу вашу комнату вместе с принцем... Мы с ним отлично проведем время...
По виду принца было ясно, что отлично проведет время только одна сторона, и он вообще так не считает.
- Бокс? – спросила я. – Или вы знаете что-нибудь другое? Я могу...
Мне наступили на ногу.
- Но у вас действительно помада размазалась, герцог... – сладко сказала Мари.
И засуетилась.
- Вот, возьмите мою, – она протянула ему свою помаду. – Вам дать зеркальце, или вы сами справитесь?
Как Джекки не было печально, но он сел на стул вместе со всеми от того, каким стало лицо герцога.
- Может вам дать обычное платье, – выставив от потрясения руки вперед, поспешно спросила Мари. И, отступая, тоненько пискнула: – Чтоб вы свадебное не пачкали, у вас же своего женского гардероба, я слышала, еще нет?
Угрожающий белый ком с развевающейся вместо гривы за спиной вуалью устрашающе надвигался на Мари.
- Я то думал тут одна гадина, – угрожающе сказал герцог, – а тут...
- Герцог, герцог, не стоит так унижаться, вы вовсе не гадина, – вмешалась я.
Он дернулся.
- Вы очень даже хорошо выглядите, – успокаивающе сказала я. – В жизни не видела красивей... с такими роскошными бровями... Даже по-доброму завидовала... Сделайте макияж, и я могу ручаться, что...
Он начал рвать на груди платье, надвигаясь на меня.
- А что груди маленькие, так вы можете подкладывать вкладыши... – поняла я.
- Корсет, оденьте корсет, и никто не заметит, – зачастила Мари.
- До брака девушки не пудрятся, во всяком случае, заметно, – поучала я. – Вы официально еще девушка и вам...
Лицо его исказилось.
- Ой, он уже наверно... ведь после свадьбы же было время и сейчас ночь... – быстрей вмешалась Мари. – А принц такой нетерпеливый...
Оставив меня, он дернулся к ней, подымая руки.
- Да нет, Мари... – одернула строго ее я. – Ты ошибаешься, смотри... И платье он еще не снял... Ты же слышала, что невеста плачет...
Тот дернулся ко мне.
- Он ее бросил, да, бедняжку, – зачастила жалостливо Мари. И, видя приближающуюся гориллу, залепетала... – Ой, я ошиблась, он просто не сумел вас удовлетворить, да, потому вы такая недовольная...
- Я давно это подозревала, он импотент, да... Оооо, нет!!!! Он извращенец, да!? Какой ужас... И вы рыдаете, бедняжка... Что он с вами делал?
