Почти все вечера Акира проводит так: в свои тридцать пять он угодил в постоянно ширящийся класс безработных, тех, кто не смог окончить образование в годы чумы и теперь не согласен ни на одну из немногих должностей, что предлагают программы перехода. До того как его имущество сократилось до двух спортивных сумок, которые он повсюду носит с собой, до того как он начал постоянно пересчитывать йены в карманах, кстати, дырявых, из-за чего их постоянно приходится зашивать или заклеивать, Акира работал дизайнером-стажером в типографии, которая закрылась, когда мир заполонила виртуальная реклама. Его отец был рыбаком и умер больше десяти лет назад. Стал одним из первых взрослых, кто умер от чумы в Японии после того, как вирус добрался до сибирских прибрежных городов, – лежал в городской больнице «Акита», органы его постепенно отказывали, наконец, вирус трансформировал клетки отцовского сердца в ткань легких, а врачам осталось только стоять рядом и смотреть на все это. Акира не хотел быть бременем для матери. Она переехала в горную деревню, чтобы уберечься от болезни, и он не рассказывает ей правду о своей жизни.
Акира живет во «Множественных мирах Такахаши» – виртуальном кафе, где есть капсулы для сна с удобными футонами, душ и небольшая кухонька. Бронирование обычно не разрешается. Открыла кафе госпожа Эйко Такахаши. Она сочувствует Акире и другим молодым людям, которые после смерти родных, несмотря на помощь правительства, оказались практически за бортом. До того как Акира распродал свое имущество, он целыми днями просиживал за компом, убивал зомби и под громкие аплодисменты грабил дома для банды Хоккайдо Ниппон-Хэм. После чумы многие ушли в виртуальную реальность – чтобы найти людей и чтобы сбежать от людей. Там они пытались заменить умерших друзей и партнеров новыми, бродили по дочумному Токио, ходили на переполненные бейсбольные стадионы и ежегодные фестивали со своими все еще полными семьями. Акира любит тусоваться в лобби кафе, болтать с госпожой Такахаши и случайными туристами.
– Люди снова стали выходить на улицы, но обрати внимание, как они держат дистанцию. Никто никому не улыбается. Все смотрят в телефоны или прячутся за очками дополненной реальности, – говорит госпожа Такахаши.
– Странно слышать такое от хозяйки VR-кафе, – замечает Акира.
Госпожа Такахаши смеется и шлепает его по спине. Из стоящих вокруг кафе киосков несутся вопли зомби и звуки стрельбы. За общественными компьютерами мужчины по сотне йен за минуту болтают со своими интернет-подружками, нарисованными моделями из Америки и России. Бедняга Рю, завсегдатай кафе, долго верил, что Наталья из Москвы однажды выйдет за него замуж.
– Заплати еще немного, – говорила она.
А он спрашивал:
– Когда ты приедешь?
– Пока не все могут себе позволить собственную VR-систему, – объясняет госпожа Такахаши. – По-настоящему иммерсивную уж точно, – она кивает на постеры за стойкой ресепшен, рекламирующие VR-приложения с видами тропических островов и партнеров для одиноких. – Каждый заслужил хоть на пару мгновений почувствовать себя нормальным. Может быть, кто-то еще не готов выйти в реальный мир, понимаешь? К тому же, судя по логам, ты и сам немало времени проводишь в этих приложениях.
– Что верно, то верно, – признает Акира.
– Стрелялки? Или любовные фантазии? – госпожа Такахаши, смеясь, тычет Акиру в бок. – Какие девушки тебе нравятся? Ты на вид очень милый.
– Это секрет, – отвечает Акира.
Словно по воле госпожи Такахаши, в тот же вечер, погрузившись в виртуальную реальность, Акира получает приватное сообщение от Yoshiko 2376: «Мы едим рис из одной плошки». Сообщение висит в воздухе, как дым, а потом рассеивается. В отличие от других пользователей, выбравших для аватаров более реалистичные образы и добавивших к ним заостренные уши, хвост или крылья, Йошико парит над виртуальным океаном в виде Пегаса с серебряной гривой. Акира сразу заметил ее аватар. Она проскакала вокруг греческого амфитеатра, где собирались те, кто пережил чуму, но оказался не способен справиться со вторым шансом на жизнь. Многие ходили на эти собрания в поисках партнера по суициду – человека, который из милосердия пришел бы к ним домой или помог приладить веревку в лесу Окигаара у подножия Фудзи. Акира понимает, как они одиноки, сколько надежд и воспоминаний потеряли во время пандемии. Но сам ходит на встречи по иной причине – чтобы иметь возможность стать кем-то другим, например рок-звездой в кожаной куртке, классным, уверенным в себе мужиком. Он приходит сюда, чтобы исчезнуть и напомнить себе, каково это – быть среди других людей, которые, так же как он сам, никуда больше не вписываются. На горизонте появляются эллипсы, и Акира понимает, что Ёсико набирает новое сообщение – виртуальный адрес ее частного острова. С помощью VR-перчатки он смахивает сообщение влево, чтобы открыть меню навигации и переместиться в магазин хендмейда, где продаются безделушки, старинные лампы и винтажные плюшевые мишки. Ёсико в образе Пегаса весело поет за прилавком: «Ирашаймасе![5]»
