Меню оказалось скудным и состояло в основном из десертов. Не думал, что эльфийские барышни — такие сладкоежки. Лайла заказала три вида пирожных и горячий шоколад. Я остановил выбор на жарком и вине.
— Не успел поужинать? — хихикнула эльфийка.
— Конечно, не успел. С полным брюхом по стенам не побегаешь, — весело согласился я, потому что есть на самом деле хотелось немилосердно.
— Ох, Эрин, доиграешься ты, — Лайла погрозила мне тонким пальчиком. — Терпение ректора небезгранично. Он ведь демон, если ты не заметил.
— Как не заметить? — поморщился я. — Вот только ректор из него, мягко скажем, никудышний.
— Почему это? — возмутилась моя собеседница. — Его темнейшество не интересуется академией, финансирования нет. Редеус обо всем заботится сам. Уж не знаю, где средства находит, но и их не хватает. Он, конечно, чуть старше тебя, но очень ответственный.
— Уж не влюблена ли ты в него, часом? — подался я вперед, а где-то в глубине сердца кольнула гадюка-ревность.
— Еще чего, — отпрянула Лайла. — Он — ректор, а я — студентка. Не говоря уже о том, что эльфы демонам не друзья. Но ты зря недооцениваешь Редеуса. Ничего, поучишься дольше — поймешь. Если до того времени не доведешь бедняжку до нервного срыва.
А что? Я мог. И довести, и подвести, и напакостить по мелочам. Но пока что мы с ректором приняли пакт о ненападении. Он не трогал меня, я не трогал его — и академию. Поэтому она пока что стояла на своем месте.
Расторопный мальчишка принес заказ. Стоило признать, готовили здесь вкусно, и на ближайшие четверть часа я забыл о противном ректоре и наслаждался едой. И обществом, потому что нет ничего скучнее, чем есть в одиночестве. Общество из Лайлы было хорошее. С лишними расспросами не лезла, мирно жевала, пока вдруг не спросила между жарким и десертом:
— Эрин, расскажи о себе. Если так подумать, мы с тобой уже месяц знакомы, а я по-прежнему ничего о тебе не знаю.
— Есть вещи, которых лучше не знать, — я едва не поперхнулся, но вовремя взял себя в руки. С чего волноваться? Это все Дэл со своими письмами и наставлениями. — На самом деле, все прозаично. Братья, сестра, жизнь в четырех стенах. Ничего такого, чего не было бы у других.
— А невеста у тебя есть? — Так вот куда она клонит!
— Нет, — качнул головой. — Темные сами делают свой выбор. У нас редки браки по договоренности. А если они все-таки случаются, значит, в ближайшем будущем кто-то погибнет — или муж, или жена.
— Страшно, — протянула Лайла.
— Не страшнее, чем жить с нелюбимым. Да и от договорных браков рождаются слабые дети. Ты не знала?
— У нас не так, — возразила девушка.
— Значит, темная магия за любовь, — рассмеялся я и изящно сменил тему: — Лучше ты расскажи. Ну, что у тебя ушастый брат и глупый жених, уже знаю. А в остальном?
— Тоже ничего необычного. Родители из древнего рода и ужасно этим гордятся. В доме постоянно много гостей, все сидят и чопорно разговаривают о погоде.
— Лучше о погоде, чем о пытках, — осторожно утащил у Лайлы одно пирожное. Она удивленно изогнула бровь, а я продолжал как ни в чем не бывало: — Если где-то собирается много темных, значит, не обойдется без кровопролития.
— Да, вы такие, — признала Лайла. — Сказано — темные. Хотя и среди светлых магов полно подлецов.
— Их везде полно, — подтвердил я.
— Пройдемся?
— С удовольствием.
Золотая монета полетела на стол, а я предложил даме руку. Мы шли по улице, разглядывали витрины и тихо переговаривались ни о чем. В этом была какая-то необычная радость. Просто гулять с тем, кто тебе приятен. Сам городок не шел ни в какое сравнение со столицей. Тем не менее теперь у меня будут о нем приятные воспоминания.
Темнело. Пора было возвращаться. Лайла погрустнела. Или мне показалось?
— Найдем экипаж или пойдем пешком? — спросил я.
— Пройдемся, — ответила эльфийка. — Вечер хороший. Скоро станет совсем холодно, тогда накатаемся.
Мы свернули в проулок, ведущий к городским воротам. Опасность я скорее ощутил, чем увидел. Их было трое. Три едва заметные тени, которые скользнули с крыш — один перед нами, двое за спиной.
— Господа, не поделитесь ли монеткой с ветераном даравийской кампании? — спросил первый, скаля гнилые зубы.
— Уходи, пока цел, — дружелюбно посоветовал я. — Иначе даравийская кампания станет для тебя последней.
— Угрожаешь, щенок?
Черные жгуты некромагии взметнулись в мою сторону. А вечер так хорошо начинался! Лайла вскрикнула. Я отодвинул ее к стене, чтобы не попала под удар, и перехватил заклинание. Повертел в руках — эдакий черный шар, переливающийся багровыми сполохами. Мои преследователи онемели и даже сделали пару шагов назад. Еще бы, кто рискнет поймать и удержать некромагию?
— Топорно сделано, — вздохнул я и швырнул шар обратно. Разбойник глотнул ртом воздух — и упал на мостовую, натужно хрипя. Двое других помчались прочь, не разбирая дороги. Что ж, они будут жить.
— Эрин, не убивай его, — тихо попросила Лайла. — Не надо.
— Только ради тебя.
