Пару секунд Ясмина молча моргала. Вся свита и Метин Кхан сидели в общем зале, где только-только, к полуночи, начали освобождаться столики. Кто-то перепил и не мог уйти на своих двоих, кто-то опустошал последнюю бутылку, но спутники его уже покинули. В дальнем углу битый час не мог сыграться квартет флейтистов. У Казимиры уже дёргался глаз от этих назойливых звуков, хуже комариного писка.
— В одну бочку? — переспросила Ясмина хмурясь. — Которая на десять кварт? [1]
— Ага.
Каждый за столом уставился на неё так, будто Каз призналась, что в ночи перерезала всех фрин города.
— Ну, не было у них воды. Вообще! Вино, брага, пиво, медовуха. — Не хотелось, чтобы это прозвучало оправданием, но именно так и выходило. — Они то ли к юбилею готовятся, то ли к алкогольному отравлению!
— Ну, отравление ты им точно обеспечила, — тихо сказал Вегард. Будто бы без осуждения, но холодок скользнул. Каз поморщилась.
Чтобы не привлечь лишнее внимание, к особняку фрин Каз должна была идти одна, и перед тем, как отпустить её, Вег трижды попросил Казимиру быть осторожной. Ну, по отношению к себе она была осторожна, с этим не поспоришь. Что касается бедных фрин, ну…
* * *
Уже к вечеру следующего дня Кхану передали записку.
По задумке Ариана и рецепту Ясмины, девушки должны были слечь с пищевым отравлением, которое связали бы с морской рыбой. По словам Кхана, который когда-то был знаком с владелицей дома, Донной, та постоянно заказывала морепродукты и кормила ими своих девочек. Лёгкое отравление не должно было вызвать вопросов — повар оплошал, товар доставили некачественный. Но стараниями Казимиры, фрины отправились в лечебницу почти в критическом состоянии.
Следующий пункт арианового плана гласил — Казимира наймётся фриной и проникнет в особняк. Там она найдёт сейф Донны, вскроет его, с помощью остальных вынесет все деньги, и свита сбежит из города ещё до окончания праздника.
Да-а, каждый пункт плана в отдельности и вся картина целиком отдавали душком. Точнее, вот этой подтухшей на солнце рыбой, старым луком и медяками, пропитавшимися потом с грязных ладоней. Всё, к чему прикасался Метин Кхан, превращалось в… да в дерьмо оно превращалось, а Ан оказался в таком тупике, что решил с ним работать.
— Почему мы вообще так уверены в существовании сейфа? — спросил Вегард.
Судя по тому, как Ариан закатил глаза, разговор этот повторялся не в первый раз. Не хотелось становиться свидетелем их перебранок, не хотелось водить взглядом от одного к другому, в ожидании решения, но больше ничего не оставалось. Не зубоскалить же ей, как это делал Кхан, сидящий подле князя и поддакивающий каждому слову.
— Потому что Донна никому не доверяет, — нараспев ответил Кхан, но спохватился, что в оживлённом зале кто-то может их подслушать, и понизил голос. — Ты пропустил мимо ушей всё, что я рассказывал, кадеш? Бана бак, я повторю. Донна не имеет дел с банкирами, не вкладывается ни во что, потому что боится прогореть, экономит на зарплатах своих девочек, но не на алкоголе и еде. Гость всегда должен уходить довольным. И если куколка встретит его, — Кхан провёл рукой перед лицом Казимиры, — с недовольной рожей, то лишится жалования. — Проходимец широко улыбнулся и подался вперёд, пахнуло кислым луком. — У Донны этих сейфов, должно быть, в каждой комнате напихано.
На Кхана Вегард смотрел не мигая, будто тоже прикидывал, в каком бы порядке сломать ему кости.
— И как же вскрыть сейф? — спросил Вегард, прокручивая в пальцах нож. — Отмычки не помогут.
— У Донны отвратительная память, — заговорщицки прошипел Кхан, точно гадюка. — Она ни имена фрин не запоминает, ни поставщиков, ни постоянников. Лица — да, в толпе увидит спустя двадцать лет… В общем, мне и близко там ошиваться нельзя.
— Как это связано со вскрытием сейфа? — не сдержалась Казимира. От болтовни Кхана уже зудело в черепной коробке.
Вскрыть сейф… Такого ей делать не приходилось, к замкам-то с любыми подручными средствами можно подойти.
— Всё важное Донна записывает. Даты, суммы. Представь, даже на бухгалтере экономит, весь учёт ведёт сама. Руку даю на отсечение, — Кхан потёр основание ладони в том месте, где ещё темнели чернила Дакина, — у неё где-то записан код от сейфа.
