— Продолжаться так не может, — сказала Клаудия и отступила на пару шагов, будто Каз наставила на неё оружие. — Увольте её, ваша светлость. — Карга заглянула Валлету в хмурое лицо, сложила руки на подоле, сжала ладонь в кулаке так, что Казимира, кажется, услышала хруст. — Это слишком опасно. Нанятые врагами убийцы, ищейки Гур, теперь ещё она. — Уголок губ Клаудии дёрнулся, Каз поморщилась, но возразить не могла. — Один Дэум знает, что творится в этой больной голове. А если она так же набросится на вас?
— Ты перегибаешь. — Вегард закрыл Казимиру плечом, прежде чем она ответила за себя сама. — Каз рассказала, что и почему произошло. Она могла бы соврать, — Вег с секунду помолчал, укоряя в прежней лжи, — но поделилась.
— Да-а, это аргумент, врала всю…
— Я не договорил, — отчеканил Вегард. Клаудия выпятила подбородок. — Казимира убила ассасина, который пробрался в храме в покои Ариана. Казимира вместе со мной отбивалась от людей в деревне. Казимира могла сбежать и оставить меня разбираться с этими убийцами из Гур, но не сделала этого. Она уже доказала, что заслужила своё место здесь. — Он повернулся к Валлету, который стоял между советницей и телохранителем, слушал, опустив голову и прикусывая указательный палец. — Мы не будем никого прогонять.
— Это бред…
— И она идёт с нами при том, что до сих пор не получила ни медяка. Идёт на веру.
— Если Ариана придётся защищать от неё, есть я, — продолжал Вег бесстрастным, ровным голосом. Каз следила за каждым его движением, за напряжёнными бровями. Клаудия странно усмехнулась, чуть сощурилась, будто ей было, что возразить. — Если Ариана придётся защищать от убийц, есть Каз, которая лучше всех нас знает методы ассасинов. Каз остаётся.
Только после этих слов Вег снова повернулся к Валлету. В этот раз их взгляды встретились, мужчины одновременно кивнули, и Ариан сказал:
— Согласен. — Он посмотрел на Казимиру. — Нанимать тех, кто будет нам нравиться, у нас денег нет. Будем терпеть тех, кто идёт задаром. Просто не станем отправлять Казимиру убивать детей.
Она не успела выдавить ничего благодарного, как пришлось оскалиться:
— Тебе смешно?
Одновременно с её вопросом Вегард тыльной стороной ладони ударил Ариана по предплечью.
Клаудия совсем побледнела, сжала губы в невидимую ниточку.
— Ариан, ты допускаешь ошибку, которая может стоить тебе слишком многого, потому что слушаешь этого умника.
Кажется, она впервые обратилась к князю по имени. Довели.
Вег молчал, глядя ей через плечо, в поле, только напрягал желваки. Валлет посмотрел на Клаудию сверху вниз не со злобой, но с непробиваемой уверенностью. Это бы возымело больший эффект, не потирай он при этом ушибленную Вегардом руку.
— Я знаю, что делаю.
Даже Клаудия не выдержала его взгляд.
— Надеюсь. — Она несколько раз кивнула. — Как пожелает светлейший.
Клаудия вернулась в машину, и Валлет только теперь заметил Дакина, что весь разговор тихо простоял в стороне.
— А ты не мог опять свою… — Ариан помахал рукой, — штуку с зафери провернуть? Вселить в кого-нибудь из этих ублюдков?
— Не мог, — ответил Дакин, будто готовился, что сейчас переключатся на него. — Поэтому и спросил, есть ли среди них обскуры. Зафери же не принимают тела резистентов.
Казимира прикинула, сколько ещё Айми будет плестись за ними — эта гончая вцепится и не отстанет, пока не изведёт. Вот кого надо было убивать. Каима-то почти два десятка лет не доставляла проблем — так, иногда маячила на горизонте.
Пока Ариан тихо матерился под нос, пытаясь закурить, Вегард отошёл к капоту и сел на него. Меч, видимо, лежал в машине, куртка тоже. Пару секунд Вег разглядывал свои мозоли и шрамы на ладонях, провёл рукой по волосам и так и остался сидеть с опущенной головой.
Из Ярмарки вело несколько дорог, и Ариан по счастливой случайности выбрал ту, которой почти никто не пользовался. За всё это время мимо них не проехало ни одной машины, тишина степи и тихий стрёкот помогали выдохнуть, привести мысли в порядок.
Ариан поравнялся с Вегом его кулаком в плечо, повёл подбородком, на что Вегард покивал и снова склонился. Валлет повернулся к Казимире. Смотрел долго, будто изучал.
— Уверена, что ты на своём месте?
— О чём ты? — Ни настроения, ни сил на философские вопросы у Казимиры не осталось.
С секунду он подбирал другие слова:
— Ты считаешь, что занимаешься тем, чем должна?
Каз никогда прежде не видела Ариана таким прямолинейным. Говорил без увёрток то, что думал, не маскировал насмешками.
— Я занимаюсь тем, что умею лучше всего.
— Но ты сомневаешься в моих приказах, споришь со мной, — он указал на авто, — с Клаудией, даже с Вегардом.
