Князь воткнул меч в землю перед собой и опёрся на него, чтобы забраться на багажник. Кажется, это далось ему с трудом. Каз зацепилась взглядом за оружие — полуторник, гарда крепкая, не утяжелённая, без инкрустаций. Ох, ей бы об остроте думать, а не внешнем виде.
Князь махнул рукой, чтобы шоу началось и, телохранитель шагнул к Казимире. Тем же жестом, что и князёк он пригладил бороду тыльной стороной ладони. Руки без следов обскурии, только в машинном масле и со старыми мозолями.
Как змея чешуйками, Казимира перебрала камушки пальцами ног. Опустилась на землю, отставила в сторону левую ногу, кончиками пальцев руки уперлась в песок. Волосы упали Каз на лицо, но в бою она привыкла слушать, а не глазеть.
Русобородый шагнул ближе, получил ступнёй под колено. Грузные ботинки шаркнули назад. Каз увернулась, перекатилась и нырнула между ног здоровяка. Можно было бы всё закончить одним ударом, но Казимира хотела растянуть удовольствие.
Кто-то ищет собеседника, кто-то — собутыльника. После шести лет тюрьмы Каз искала с кем подраться.
Костлявый локоть ударил телохранителя под рёбра —
Русобородый уже запыхался, пытаясь её поймать, шагнул назад, сплюнул, усмехнулся.
— Мне продолжать?
— Ага, — ответил князь.
Каз спрятала улыбку за упавшими волосами.
Орден уже мог кого-то за ней послать. Не важно.
Если князю наскучит, он может приказать казнить её. Плевать.
Существовали только два человека на песке. Только этот момент. Кровь неслась по венам. Мышцы полыхали. Мозг прикидывал точки для удара. Вот какая жизнь на вкус, вспоминай.
Каз выпрямилась, встретила взгляд голубых глаз. Русобородый шагнул ближе. Она ударила ступнёй в живот. Соперник согнулся, но скорее от неожиданности, чем от боли. Пока Каз мешкала, он ухватил её за лодыжку, крепко, не вырваться. Дёрнул на себя, врезал предплечьем в грудь. Очередь Казимиры хрипеть. В глазах всё расплылось, когда затылок вписался в землю. Ни секунды, чтобы выдохнуть, — за лацканы рубашки русобородый поднял её над землёй.
— Заканчиваем? — спросил он.
— Ага, — бросил князь. Каз показалось, что он протянул меч.
Казимира пнула телохранителя коленом в живот. Ногти впились в держащую её руку, полоснули сверху вниз. Он выпустил её, и Казимира бухнулась на песок. Откатилась, переводя дыхание. Готовилась к новому рывку, но медлила.
— Ты нам подходишь. — Князь хлопнул в ладоши.
— Уверены? — Советница смотрела исподлобья, отчего глаза её казались ещё темнее.
Князь улыбнулся, опёрся на меч и грузно спустился на землю.
— Она мне нравится. Вег?
— Ага, — тот кивнул, потёр красные полосы на руке и вытер губу краем рубашки, — мне тоже.
Казимира выпрямилась, отряхнулась от пыли, прикусила щёку, чтобы отвлечься от боли в груди и гудения в затылке. Колени едва подрагивали. Помощь от тренировок в камере оказалась мизерной.
Пока Вег забирал у князя куртку и меч, советница не сводила взгляда с Каз. Губы сжаты в тонкую нитку, глаза сощурены, желваки на скулах напряжены. Казимира увидела, что из-под белой шляпки выпали пара прядок. Пепельно-белые до середины, чернильно-синие у концов. Советница князя была из народа салдана, обскýрой. Нет худшего предателя, чем обскур на стороне князя. Казимира слыхала это и в свой адрес.
— Присматривай за ней, — бросила советница Вегу.
[1]
[2]
5
