Сами «банкиры», понятно, одобряют такой порядок, свидетельствующий о демократизме, самоуправляемости коллектива, доверии к людям. Валентина Кузьминична Грудина, директор «банка», работает на комбинате инженером по нормированию труда уже пять лет, пришла сюда с ТЭЦ, за восемнадцать лет трудового стажа всякого насмотрелась, может сравнить. Говорит, при СГР гораздо лучше. Заместительница «главного банкира», инженер по научной организации труда Сайма Гросс, почти все время, двадцать три года уже, на этом хлебокомбинате и тоже хвалит новые порядки: «Езжу на двух автобусах, живу далеко, два мальчика у меня, прежде то и дело приходилось отпрашиваться, боялась, что опоздаю из-за транспорта, а теперь чувствуешь себя человеком».
При разговоре присутствовала еще Грация Фердинандовна Никонова, старший инженер отдела труда и зарплаты. Женщина приветливая, рассудительная. И ей СГР по душе: «Беготни нет теперь... У нас тут рядом магазин и рынок, прежде так и шастали, так и шастали туда. А теперь меньше теряют времени на беготню». Я возразил: отчего же не «бегать»? СГР — когда хочу, тогда и «бегу» на рынок. Грация Фердинандовна терпеливо разъясняла: «Вы вдумайтесь в смысл происходящего. Прежде она за счет казенного времени бегала, и ей наплевать, что работа стоит. А теперь уйти может, когда захочет, верно, но надо же отдавать время, отрабатывать! Свое отдавать!»
Мне стало весело, вспомнился Михаил Светлов с его шуткой: чем плохо брать взаймы? Берешь чужие и на время, а отдаешь свои и навсегда.
Ну а дирекции, дирекции все-таки нравится или нет? Работа не страдает? Может, меньше стали выпекать хлеба, кексов, рулетов, баранок? Или качеством похуже? Ничего подобного. Предприятие держит союзное знамя. Была комиссия по оценке применения СГР на комбинате. Решили эксперимент продолжать. Время сам учитывает каждый для себя, а для контроля — общественный учет. Существует тетрадка, где человек, приходя утром и уходя, расписывается и ставит время. Подряд, друг за другом, в одной и той же тетрадке — в этом фокус. Если я пришел в двенадцать десять, то уже не могу схитрить и отметить одиннадцать десять, так как передо мной кто-то уже написал двенадцать с минутами. Очень просто. Директор комбината О. А. Вальтин сказала на заседании комиссии: «Уменьшились отпуска с разрешения администрации. Экономический эффект очевиден. Улучшилась и психологическая атмосфера. Все это благоприятно сказывается на росте производительности труда».
Конечно, даже в Кохтла-Ярве не все директора так думают, кое-кто еще выжидает, присматривается — не будет ли «отбоя» или, наоборот, более убедительного «нажима» со стороны городских и республиканских властей. Некоторые не дали себе труда вникнуть в суть. Дело непривычное, требует времени на адаптацию, особенно руководителей, администраторов, которым иной раз кажется, что все развалится без их бдительного присмотра за каждой минутой каждого человека.
На одном из крупных предприятий города, где по СГР работают лишь несколько инженерных отделов, для всех прочих поставили автоматизированную проходную: сунул в щель пропуск — турникет пропустил тебя, электроника отщелкала твое время. Не забыла указать, в какую сторону следуешь, вошел ты или вышел. Сведения синхронно передаются на ЭВМ, которая, как известно, все помнит, суммирует и ежедневно выдает администрации списки опоздавших. Точные списки — кто и на сколько опоздал, кто и на сколько раньше вышел за ворота, кто совсем не явился. С разбивкой по цехам, подразделениям. Ни в какую щелочку не пролезешь — система засечет, и наблюдает за ней из высокой, похожей на милицейский скворечник будки строгая женщина в форме заводской охраны.
При мне курьез вышел. Девушка-ученица заплакала: «Машина меня не любит, не пускает, бьет. Всех пускает, а меня нет». Голубеньким платочком вытирала слезы. Специалист взял пропуск, вертел так и сяк — нормально, сунул в щель — хлоп, не пускает. Пропуск пришлось подчистить наждачком.
Однако это курьез частный, а вот и общий, принципиальный, если так можно сказать, курьез. Электроника утверждает, что в таком-то цехе опоздали такие-то, но стоит директору рассердиться (а он сердится по этому случаю каждый день), тотчас же начальник цеха «с подачи» мастера пишет объяснение: «Такие-то (те же самые фамилии) пришли позже по разрешению администрации». Или «ушли с разрешения». Хороша картина: выловленные ЭВМ есть, и много, а признанных виновными нет. Нарушители портят показатели соревнования подразделения и дурно влияют на премии той же администрации. Соглашаться с ЭВМ невыгодно, задним числом оформляют «отпуск с разрешения». Я уже достаточно знаком с методами работы при индивидуальной сдельщине, могу ручаться: потом эти нарушители будут штурмовать по приказу администратора или их заставят поработать в выходной на том основании, что «я же тебя не выдал, имей благодарность».
