«Я член коллективного садоводства. У нас много общего: район, председатель, предприятие, членские взносы, устав. Все свои, знакомые. Можно предположить, что коллектив мы дружный и добрый. А представьте себе, что соседка по садовому участку — физически слабая женщина — копает землю, устала. Вы это видите, а сами собрались ехать домой, да еще, ничуть не смущаясь, подошли сказать ей «до свидания». Разве на производстве частенько такое не происходит? Я свое сделал, значит, перед всеми чист. И многие связи совершенно разорваны, хотя люди состоят в одной организации, у них общая крыша, начальство, общественность».
«В калужском варианте бригады-коллективы, если применять термин физики, своей «массой» уравновесились с «массой» цеховой администрации. Голос бригады во всех заводских делах зазвучал не менее убедительно, чем голос начальника. А коль скоро «массы» уравновесились, то, хочешь не хочешь, на чью чашу весов упадут справедливость, порядочность, забота о деле, тот и перетянет. При разнице в «массе» — отсутствии у коллектива авторитета в заводских «верхах» или, еще хуже, отсутствии самого коллектива (в кавычках-то он всюду и везде есть!) — уравновеситься с мнением (решением, поведением) администратора трудно или невозможно. Все будет зависеть от того, каков администратор. А когда есть советы бригадиров, то на общезаводском совете директор как бы негласно выполняет роль арбитра. Сидит и слушает: право начальство цеховое или нет? Может, бригадиры ошибаются? Или виноваты какие-то заводские службы? Взвешивает. И каждый знает, что «суда сего» не избежать. Нет возможности избежать. А прежде была! Вот в чем разница принципиальная! Иной администратор сущий «полупроводник» — вниз пропускает все, а наверх ничего. Рабочие между собой говорят, у них свое мнение есть, но как наверх сообщишь, если начальник цеха против? Письмо писать? Ждать собрания? Или на личный прием записаться? Выглядит жалобой, если вообще дойдет. Да и при разборе мнение цехового начальства куда весомее. А тут иное. Мнение коллектива-бригады дошло к директору непосредственно по своим бригадным каналам, минуя администрацию. И мастер и начальник цеха заранее знают, что оно дойдет, и все свои решения больше обдумывают, чтобы у «арбитра» не выглядеть худо. Вот и весь механизм. Так я понимаю. Это действительно демократия в производственном управлении. Я сколько работаю, десятки уже лет в промышленности, а такого не встречал».
