А меч в руках дрожал от предвкушения и направлял меня, легонько, как направляют родители детей, только делающих первые шаги. Декстер, синистр, джамп-вольт и обратный синистр. Кисть начинает гореть от быстрых и сильных движений, от напряжения, что скопилось на кончиках моих пальцев, вцепившихся в рукоять меча. В голове одна за другой всплывают формулы заклятий, и не оставалось сомнений — именно здесь и сейчас я должен использовать свои силы, иначе не избежать лишних жертв. Левая ладонь погорячела, губы покалывало от слов, что я упорно твердил себе под нос, прикрывая глаза и позволяя ожившему мертвецу подойти ближе. Последнее слово сорвалось с губ, обжигая их, едва не обугливая, обещая оставить кровавую корочку, - настолько я вложился в этот беспощадный удар, не щадя ни бывших Светлых, ни деревья. Туман шарахнулся прочь от жара, который распространял вокруг себя шар энергии, в мановение ока воспламеняющийся и всё разрастающийся. Кожа на левой руке трескалась от жара и напряжения, но я стойко переносил боль, терпя плату за силу. Мертвецы не торопились приближаться, пытаясь осознать, что происходит, но мы с ними находились в разном течении времени, и я видел самое мельчайшее движение, дышал глубже и уверенней, впитывал в себя магию, для них же всё наверняка произойдёт в несколько секунд, а уж что видят оставшиеся позади — вовсе загадка. Лопнула кожа, обугливались кости на ладони, уже лицо обдавало нестерпимым жаром, шар разросся до жутких размеров, и я почувствовал — время. Не понял, не вспомнил, не осознал, а именно почувствовал. И направил энергию прочь от себя, позволяя её прогрызать трупы насквозь, охватывать их рыже-алым пламенем, сжирать, ломая тщедушные деревца на своём пути.
Время вновь задышало, двинулось, и я смог выдохнуть горячий воздух, прижал покалеченную магией руку к груди и устало отвернулся от заполыхавших трупов, от нескольких деревьев, которые лениво поедал огонь, разгоняя мрак и отгоняя туман. Даже пару шагов сделать не удалось, и я устало опустился на колени, против почти забытых слов Эрика воткнув меч в землю, продолжая прижимать к груди ладонь. Под лопнувшей кожей всё ещё бушевала энергия, но я медленно, верно унимал её, отплёвываясь от слизи трупов, кашляя и пытаясь дышать. Вокруг поднялся жуткий шум. Мимо протопали лошади, я видел мелькающие туда-сюда ноги, слышал, как спешно ставится лагерь, и только затем почувствовал прикосновение к своим щекам прохладных рук. После того, что я сделал, это было самым лучшим, что случалось в моей жизни, и я невольно чуть улыбнулся, подняв взгляд на своего мужа. В глазах Аэлирна я прочитал неуместный и необъяснимый ужас. Как будто бы я прямо у него на глазах за несколько секунд изнасиловал и сожрал тринадцать человеческих девочек.
Павший торопливо помог мне подняться, затем подхватил на руки и отнёс куда-то в сторону, словно бы не замечая субстанции, в которой меня любезно обмазал мертвец.
- Я говорил тебе не лезть? - шипел, точно рассерженный кот, Павший, шагая быстро и размеренно, бросая на меня пылающие взгляды. - О, боги, когда же ты поумнеешь, наконец. Соваться против этих мертвецов одному!
- Как видишь, я справился, - прохрипел я в ответ, когда наконец оказался усаженным спиной к дереву. - И без особых проблем.
- Ну конечно. Только высосал из себя всю магическую энергию на несколько дней вперёд, начисто сжёг себе руку и наглотался слизи трупоеда, - язвительно, нарочито-тонким голосом проговорил мужчина и сплюнул куда-то в сторону. - Тоже мне король. Зря у тебя что ли маги есть?
- А что ты мне приказал бы делать? Сказать этим… тварям: «Извините, мне одному с вами будет трудно справиться, подождите полчаса, я магов приведу»? Хватит читать мне морали и скажи, какой я молодец, потому что никто не пострадал, и смой с меня, наконец, эту гадость, - рявкнул я и поморщился, вновь прижимая к груди покалеченную руку, стараясь не думать о том, что прочёл в глазах мужа.
