Погода не становилась лучше. Ветер становился сильнее, казалось, с каждым мгновением, ткань шатров звонко хлопала, срываясь с креплений, и именно эти звуки вместе с завываниями в горах разбудили Главного Советника посреди ночи. Огонь в его укрытии почти погас, и становилось нестерпимо холодно, даже под двумя одеялами, которые, вероятно, принёс Лаирендил. С трудом продрав глаза, Валенсио откинул со лба волосы и медленно приподнялся на руках, пытаясь заставить себя встать и поддержать огонь. А пока он занимался этим, к собственному ужасу осознал, что кроме этого ничего и не слышит – только ветер и трепыхания ткани, абсолютная, густая тишина. Не было слышно шагов часовых по лагерю, магических течений, даже самых слабых, Валенсио не ощущал. Дрожа от холода, мужчина закутался в тёплый плащ с меховой подкладкой и осторожно вышел из шатра, потеряно оглядываясь по сторонам. Темноту разгонял отдаленный свет нескольких светильников, но они были на стене, что отделяла их от Тёмных. «А что если Тёмные перерезали всех, пока я спал? – пугающая мысль пронзила его сознание, заставив вздрогнуть и глянуть на остальные шатры, тёмные и тихие, без малейших всполохов огня. – И только ради извращённого удовольствия оставили в живых только меня?» Советник рванулся обратно в шатёр, желая вооружиться, чтобы не идти с пустыми руками в лагерь, возможно, полный Тёмных и безжизненных тел Светлых. Но стоило ему сделать всего два шага внутри укрытия, как кто-то перехватил его за талию, прижимая руки к телу одной рукой, другой же закрывая его рот, не давая и пикнуть. «Неужели так и есть? – чудом не начиная истерично биться в крепких руках, воскликнул про себя Валенсио, мысленно готовясь к медленной, мучительной смерти».
- Ну-ну, Советник, зачем же такие мрачные картины? Разве же мы звери? – знакомый до ненависти голос заставил Валенсио начать метаться лишь сильнее, яростно мыча и пытаясь достать руками до пленителя. – Тише, господин регент, я лишь хочу поговорить. Мы же оба не хотим продолжать войну, не так ли?
Светлый замер, прислушиваясь к словам, вроде таким сладким, таким манящим, но он не хотел позволить вампиру усыпить свою бдительность, однако же кивнул. Ему хотелось знать, чего ожидать от Джинджера и к чему быть готовым, а данная ситуация, если правильно её развернуть, вполне могла пойти ему на пользу. Пока эльф прикидывал, что да как, император медленно его отпустил и отошёл к огню. В ночи он стал лишь лучше, чтобы ощутить его силы, даже не приходилось сильно напрягаться. Возможно, тому была причиной ещё и кровь белого оборотня, поглощённая им. Но Валенсио не желал о том думать сейчас, когда решалась, возможно, не только его судьба, но и судьба Светлых в принципе. Стараясь не упускать из вида Императора, Валенсио медленно двинулся к своему ложу и натянул на рубашку жилет, затем укутался теснее в плащ и принялся подвязывать волосы, стараясь не обращать внимание на чувствующееся ехидство вампира.
- К чему такая официальность? – наконец не удержался он, скрестив на груди руки и выпрямившись во весь свой не малый рост.
- А что, велите мне быть полуголым и расхристанным? – огрызнулся эльф, зло сверкнув глазами в сторону Джинджера.
- Велю, но разве вы меня послушаете? – непереваримое нахальство в голосе Императора так разозлило эльфа, что он уже приготовился изречь какое-нибудь страшное проклятие на его голову, даже обернулся для этого. И почти тут же столкнулся взглядом со взглядом Джинджера, что стоял ближе, чем положено. Более того – он протягивал ему небольшую корзину со свежей клубникой, неизвестно откуда взявшейся в этих промёрзших горах. – Клубничку?
Чудом не подавившись своим возмущением, эльф уже открыл было рот, чтобы вставить своё веское слово, однако Мерт уже, похоже, его не слушал – принялся расхаживать по шатру с расслабленно-важным видом, попутно делая простенькие пасы руками, под которыми медленно материализовался столик с двумя креслами. Джинджер великолепно понимал, что Тёмные хозяева положения, и несомненно изготавливался к тому, чтобы начать диктовать собственные условия. А Валенсио собирался выкроить из этого максимальную выгоду для Светлых. На этот самый столик, изящный и вместе с тем простой, вампир и водрузил корзинку, а затем к ещё большему возмущению эльфа махнул рукой, и из тени выскользнул служка-дроу, поставивший рядом с клубникой бутылку вину с бокалами, затем торопливо удалившись.
- Присаживайтесь, Валенсио, в ногах правды нет, - осклабился вампир, подавая пример Советнику и опускаясь в кресло. И, то ли пытаясь казаться доброжелательным, то ли просто не доверяя эльфу, откупорил бутылку и разлил рубиновую жидкость по бокалам. Собственно, больше ничего Валенсио не оставалось, кроме как сесть напротив мужчины и принять из рук врага вино. Аромат от него исходил просто умопомрачительный.
- Так что же вы предлагаете? – после нескольких глотков поинтересовался Валенсио, но вампир не торопился, растягивая удовольствие, поглощая клубнику и, словно угрожая, демонстрируя собственные клыки.
