На мгновение я скривился, как от зубной боли. Мне была отвратительна мысль, что меня сравнивают с Кристофером. Им двигали корысть и гордыня, он желал вознести себя на вершину. Мне же хотелось установить робкое, шаткое равновесие – это всё, на что я был способен сейчас.
– Я сдержу своё слово, – всё же кивнул я, не став заострять внимание на том, насколько мне не нравится сама идея стать похожим на отца. – Мои инстинкты кричат, что я не должен этого делать, но я доверяю вам.
– Рано или поздно тебя предадут. – Подал голос Годвир, выпрямляясь и подходя ко мне почти вплотную. Пепельная его кожа была гладкой, без изъянов, строгое лицо дышало спокойствием, хоть в алых глазах и плясало пламя, дикое, неудержимое. – Такова сущность абсолютно всех. Сколь бы правильным и светлым ни было существо, если ему что-то не понравится, оно предаст.
– Хотите сказать, что меня предадут Светлые? – ухмыльнулся я, оскалив клыки.
– Верно. – Он кивнул и вышел из ставки командования.
Мне выделили лошадь, и на закате мы отправились в путь. И я чувствовал себя до безумия странно, понимая, что у меня за спиной армия из дроу, вампиров, великанов, ликантропов и упырей. Я чувствовал себя так, словно оказался в одном из своих кошмаров, всё никак не мог проснуться. Но с той лишь разницей, что теперь мне не хотелось просыпаться. Если мне нужно возглавить наших врагов, чтобы свести потери к минимуму, что ж, значит, так тому и быть. Тёмные не играли в повиновение и не пытались делать вид, что уважают меня, как лидера. То и дело я слышал смешки в свою сторону:
– Никогда бы не подумал, что нас будет вести котёнок.
– Белый и пушистый котёнок!
– Должно быть у Светлых уже есть специально обученный слуга, который счищает шерсть Короля с его одежды.
Смешки и ухмылки мне казались даже забавными, и я ловил себя на мысли, что пару раз даже посмеялся над самим собой, хоть и старался не показывать им того. Это было странно и в какой-то степени даже подкупало меня. Утром я мог присесть возле любого костра, послушать байки и сплетни Тёмного двора, узнал много нового об их жизни, но ничего особенного в этом не оказалось. Когда всю свою жизнь ты смотришь только на одну сторону медали, приклеенной к стене, как-то не думаешь о том, что у неё есть и другая. А если и думаешь, она кажется тебе совершенно иной и неправильной. Для меня стало открытием и почти что потрясением – она ничем не отличается. Разве что подходом. Правда, с вампирами мои отношения были куда как сложнее, нежели с тёмными эльфами. К горлу подкатывала тошнота, когда я смотрел на худощавых, затюканных служек «для кормления», чьи шеи и руки были покрыты шрамами и кровавыми следами от укусов. Некоторые умирали за день от нехватки крови – столько раз к ним прикладывались. Мой желудок скручивало ледяной яростью и ненавистью, когда я думал об этом. Но пока что было не в моих силах изменить этот устой жизни Тёмных. Более того, я даже не думал, что когда-нибудь мне удастся это сделать.
Форт Ночь казался мне неприступным. Его высокие зубчатые стены были гладкими, точно стекло. Широкий, глубокий ров был наполнен острыми лезвиями, а на самом его дне пенилась и бурлила не слишком понятная мне жижа. Я бы предпочёл не знать, что же там на самом деле. Посланник явился к воротам и зачитал наши требования – сдать форт без боя и встать под моё командование или же принять вызов и сразиться. Надо сказать, мне было любопытно, что же думают засевшие за стенами Тёмные, глядя на армию своих под предводительством Короля Светлых. Впрочем, их отказ меня ничуть не удивил, и я отдал приказ начинать штурм.
Сложнее всего было не попасть под ливень стрел и летящие со стен булыжники, и я с прохладным любопытством наблюдал за тем, как маги возводят щиты, кропотливо, точно плели особый узор. В общем и целом, именно так это и было, но вряд ли они видели себя со стороны, равно как и свою магию. Один из камней подобрал великан и мгновенно запустил его обратно, проломив голову кому-то на стене, а что было дальше, я не видел – глыба скрылась из поля моего зрения. Странно было за этим наблюдать и не участвовать, но, похоже, вышколенные воины не ждали помощи от нас, и действовали сами. Вскоре лазутчики пробрались внутрь, и опустили подъёмный мост, но их я так и не увидел. Возможно, сразу после этого они и погибли. Ещё не меньше часа ушло на то, чтобы прорваться через ворота внутрь форта. Надо сказать, сразу после того, как мост опустился, я думал рвануться в бой, но Велиана остановила меня, уложив ладонь на плечо и покачав головой.
– Ты не воин, Эмиэр. Не для них. У них своя тактика. Просто смотри. – Она перевела спокойный взгляд на чёрный зев узких ворот.
Я чувствовал себя неловко и поёрзывал в седле, Алькорэйн рядом со мной посмеивался, но, хвала богам, держал свой острый язык за зубами. Щит магов звенел от ударов камней, до нас доносились отдалённые вопли и вой, и я с каждым мгновением чувствовал себя всё более неуютно.
