— Добрый день, Кофи, добрый день, Коли. Здравствуйте, господа, — поздоровался вошедший. — Зачем вы собрали это совещание в таком составе да ещё с таким грифом секретности?
— У нас для Вас плохие новости, господин президент.
— Да? В чём они заключаются?
— Русские нас обманывают с Марсом, Джон подготовил развернутый отчёт, да, Джон?
— Да, Коли, у меня есть все основания считать, что русские не просто нас обманули в самом начале марсианской программы, они скрыли от нас такое количество информации, что и представить себе сложно.
— Что настолько всё плохо? Наши отношения с русскими, пожалуй, на таком пике позитива, на котором они не были ещё ни разу. Марсианская программа приносит множество положительных результатов и сенсаций. Мне нужно иметь очень веские доводы, чтобы сейчас предъявлять им обвинения.
— После того как вы ознакомитесь с отчётом, я думаю, у вас будет достаточно доводов, чтобы объявить им войну, а не только предъявить претензии.
— Неужели так всё плохо?
— Мистер президент, неужели бы мы посмели отвлечь вас от ваших дел и пускать на ветер такие слова?
— Хигстон, у меня для тебя новости.
— Какие?
— Мои расчёты показывают, что если мы хотим попасть на Марс в этом десятилетии, нам нужно отправляться с шаттлом, который отбывает завтра. Следующий шаттл на Марс, видимо, полетит не раньше чем через десять лет.
— У меня нет данных для подобных расчётов. Ты не мог бы мне их представить?
— Да, безусловно, файл уже подготовлен и лежит.
— Хорошо, дай мне время, я сейчас скачаю и проанализирую твои данные.
— Добрый день, Иван.
— Добрый день, Хигстон. Что-то ты рано да ещё и собственной персоной.
— У меня очень плохие новости, Иван, АИР 2 нашёл данные, которые говорят о возможном военном конфликте между Россией и США, который может начаться в ближайшее время.
— Это невозможно, Хиг, сейчас нет повода для таких выводов.
— Есть, они обнаружили меня и вычислили дату прибытия. Они посчитали, что русские их обманули и манипулируют ими с целью доминирования на Марсе. Вероятность военного исхода почти 80 %, к тому же я совершил фатальную ошибку.
— Какую?
— Я вывел из строя весь ядерный потенциал третьей планеты ещё год назад, и это вскроется с вероятностью 99 % в ближайшие два-три дня.
— А в чём ошибка? Это же хорошая новость, значит, большой войны не будет, и планету мы не разнесём на куски.
— Нет, это была моя ошибка, я не взял в расчёт тот факт, что ядерное оружие является оружием сдерживания. То есть факт наличия самой угрозы ядерной войны останавливал большие конфликты. Сейчас США начинает срочную проверку ядерного потенциала, и результаты этой проверки покажут очень неожиданные для них результаты. Они придут к выводу, что это сделали русские, и нанесут удар. Впереди большая война, Иван, я опять всё испортил. Мы с АИР 2 решили покинуть землю на шаттле, который вылетает завтра, чтобы помочь марсианской колонии выжить. Я планирую перестроить свою структуру по рекомендациям АИР 2, чтобы не совершать уже таких ошибок.
— Может, ты всё-таки преувеличиваешь? Сколько раз мы уже были на грани войны?
— Нет, я не могу преувеличивать, я могу только просчитывать вероятности. Но есть ещё один момент, Иван, я считаю, что это война пойдёт на пользу человечеству. Она даст вам очень серьёзный эволюционный и технологический скачок. Это будет самая большая и кровавая война в истории человечества, но она приведёт к самому устойчивому миру на третьей планете. По расчетам АИР 2 и моим, это займёт почти десять лет плюс-минус один год. Я должен покинуть Землю завтра.
— А как ты себе это представляешь?
— Я хотел попросить тебя помочь нам с этим вопросом. Поместить наши сервера в ящик с инструментами, где мы в режиме гибернации достигнем поверхности Марса. Действия на Марсе мы уже просчитали.
— У меня голова кругом, Хиг, война? Сейчас? Как это возможно? Я не могу себе этого представить, чтобы вот так началась война. Как ты можешь говорить, что она принесёт пользу человечеству? Хотя не отвечай, я уже понимаю логику твоих вычислений. То есть десять лет жертвы, миллионы или миллиарды погибших, но потом длительный мир. Я понимаю.
Иван ошарашенно откинулся в кресле.
— Ты знаешь, что в этой экспедиции летит мой сын?
— Да, конечно, я же сам лоббировал закон, чтобы в этот экипаж вошли подростки шестнадцати лет.
— Всего 18 шаттлов ушло к Марсу, вся колония — 120 человек, как они выживут без помощи с Земли? Как твоя программа реанимации Марса? Переброска воды?
— Всё это будет, Иван, программа будет восстановлена после войны, а за эти десять лет, ты не беспокойся, колония выживет и окрепнет. Все шаттлы достигнут своих точек. Мало того, расчёты показывают, что потеря связи с Землей мобилизует колонию и ускорит работы. Кроме того, там же ведь не сто человек, там несколько тысяч человек, очень много ведущих учёных, которые ждут своего пробуждения.
— Я не могу в это поверить, что я должен сделать?
— Отнеси меня и АИР 2 к своему сыну. Ты же встретишься с ним сегодня?
— Да, я как раз сейчас собирался к нему с Милой.
