"Не могу, но это ничего не меняет"!, — твёрдо сказала себе девушка, обрывая едкие мыслишки.
Среди сосен мелькнули первые… нет, не всадники. С нарастающим изумлением и разочарованием, Милена следила затем, как на поляну выскочило целое стадо диких свиней. Большущие кабаны, громко топоча, неслись вперёд, за ними бежали особи поменьше, но было их столько, что невозможно сосчитать. Завидев границу леса, животные замедлили бег и разбрелись по всей поляне, наполнив окружающее пространство визгом, хрюканьем и фырканьем. В другое время девушка с большим удовольствием понаблюдала бы за ними из удобного и безопасного укрытия, но сейчас это было выше её сил, которых не хватило даже на то, чтобы заплакать. Она села спиной к поляне, обхватила руками колени и постаралась отрешиться от противного хрюканья, остановив взгляд на переплетении теней, причудливо украсивших поверхность Белой стены.
Дикарь оживился, увидев такое количество добычи, деловито потянулся за луком и стрелами. Милена поняла, что скоро раздадутся ещё и предсмертные вопли жертвы, поэтому приготовилась зажать ладонями уши. Что-то едва уловимо изменилось в окружавшей её обстановке. Неизвестно, что именно произошло, но что-то случилось, и девушкаа в этом твёрдо была уверена. Вроде бы всё вокруг осталось прежним. То же дерево, та же поляна, та же стена, те же тени.
"Стоп! Не совсем те…".
Ещё несколько мгновений назад вон тот участок Белой стены не был так хорошо освещён — мешали тени от ствола и веток. А сейчас отразившийся от этого места свет заставлял отводить в сторону глаза.
"Не мог же сам собою исчезнуть здоровенный кусок древесины?".
Солнечный блик снова потерял свою яркость, видимо что-то переместилось, воспрепятствовав свободному прохождению лучей. В воздухе мелькнула тонкая чешуйка древесной коры, затем ещё одна. Проследив взглядом, откуда они могли прилететь, Милена обмерла, обнаружив, что чуть выше на дереве находился ещё кто-то. Стараясь не смотреть в ту сторону, она расцепила ладони, сделала вид, будто поправляет платье, а сама осторожно нащупала лодыжку сидевшего позади неё Воина и сжала, не зная, как ещё сигнализировать об опасности.
"Не делай резких движений, — приказывала она себе, — как будто ничего не произошло".
Кабаны нашли в центре поляны какое-то лакомство и теперь с остервенением рыли землю, визжа и ссорясь между собой. Девушка посмотрела через плечо, но не для того, чтобы следить за их кормёжкой. Скосив глаза вбок, она встретилась взглядом со своим спутником и как могла попыталась одной мимикой привлечь его внимание к тому, что происходит у него за спиной. Дикарь еле уловимо кивнул, его ухо шевельнулось, настраиваясь на другие звуки.
— Йига!— резко выдохнул он и моментально развернулся в указанном направлении, на ходу натягивая лук.
Стрела унеслась куда-то в переплетение веток. Желая убедиться, что выстрел был точным, Милена переместилась ближе к стволу сосны. Стрела пригвоздила к дереву притаившегося в развилке ветвей человека, сидевшего ярда на три выше них. За последние несколько дней девушка повидала столько, что ничуть не испугалась. Она ещё не успела решить, смелость ли это, или существование в ужасных условиях притупило её восприимчивость. Так или иначе, но первым делом она убедилась, что незнакомец мёртв. Судя по всему, это тоже был дикарь, одетый и разрисованный соответствующим образом, хотя узоры на его лице сильно отличались от тех, которые украшали физиономию Воина. Сначала показалось, что мертвец держит в руках флейту. Она ещё удивилась: "Какой странный музыкант". Но, приглядевшись, поняла, что для музыкального инструмента эта деревянная трубка слишком длинная, да и отверстий на боковой поверхности здесь нет.
Милена обернулась, собираясь поздравить своего спутника с удачным выстрелом, и увидела, что его лицо, обычно невозмутимое, искажено гримасой боли. В руке Воин держал маленькую щепку, украшенную несколькими цветными пёрышками. Скрипнув зубами, он швырнул щепку, и та воткнулась в кору дерева.
— Гаданаи джийя!, — рыкнул дикарь. — Ахалуна!
Он попытался сдвинуться с места, но левая нога в колене не сгибалась, и ему пришлось пододвигать её руками.
— Вы ранены?, — спросила девушка, не заметившая никаких повреждений.
Дикарь её понял, потому что кивнул в ответ, потом приставил ко рту сжатый кулак и резко выдохнул ртом воздух.
Что это могло означать, Милена не знала, но сочувственно улыбнулась и сказала:
— Всё будет хорошо.
Он с сомнением покачал головой:
— Адахии. Уйохи. — и, видя, что его не понимают, добавил: — яд.
Единственное, что девушка знала о ядах, так это то, что от них можно было умереть.
— Вам нужно к лекарю!
Дикарь хрипло засмеялся и оставил её предложение без ответа.
"И меня снова высмеяли! Неужели я сказала глупость?, — начала злиться она. — Если человек ранен, то его нужно лечить. А для этих целей есть лекари. Образованные люди так и поступают. Хотя, куда ему…".
