Камень Книга четвёртая полностью

– Возьмусь. – кивнул я. – И надо бы Лебедева… проверить. По полной программе. Слишком уж много совпадений накопилось. Дворцовые наши, с хреновой подготовкой… Батюшки, не стесняющиеся демонстрировать свои возможности при Романове…

Дед с отцом переглянулись, а Прохор насупился. Я очень хорошо знал своего воспитателя, этот насупленный взгляд говорил лишь об одном – решение уже принято, и никаким приказом недоверие к Лебедеву теперь у Прохора не отменить.

– Внук-то дело говорит… – протянул Император. – Саша, ты знаешь, что делать. Пафнутьева обо всем только в известность поставь.

Отец кивнул.

– Деда, прошу прощения. – влез я. – Дайте мне возможность с Лебедевым позаниматься после возвращения с границы, а уж потом делайте с ним все, что угодно.

И опять эти переглядки между дедом и отцом.

– Тебе не кажется, папа, – хмыкнул отец, – что Алексей начал демонстрировать нужные двойные моральные стандарты?

– Мне не кажется. – с довольным видом кивнул Император. – Такая гибкость психики, особенно в период юношеского максимализма, дорогого стоит. Ты, например, таким не был, Саша. С возрастом пришло, все справедливости требовал. И то… только когда после второго курса на этот факультет Корпуса попал. – он ухмыльнулся. – А твой сын в семнадцать лет вполне здоровый цинизм демонстрирует.

– Что делать-то с этим Тагильцевым? – опять вмешался я. – И с батюшками-колдунами? Так просто это все оставлять нельзя, они же людям головы морочат!

– Насчет твоего здорового цинизма, Алексей, я, похоже, погорячился. – посерьезнел дед. – Чего делать? Да ничего. Пока Церковь верна взятым на себя обязательствам, да и Патриарх Святослав вполне адекватен. А то, что они чуть лишнего с паствы стригут… Так ничего страшного я в этом не вижу. Главное, в устоявшиеся расклады между Родами не лезут и подданных не баламутят.

– Хорошо. – вздохнул я. – Тогда следующий вопрос. А Иван-колдун может быть агентом Церкви? Не они ли ему помогали столько лет успешно скрываться от Канцелярии? – я поморщился. – И опять у нас всплывает Лебедев, который все это время безуспешно ловил Ивана.

– Не исключено, что Иван мог снюхаться с нашим духовенством. – кивнул дед. – Однако, исходя из той информации, которую удалось собрать по нему Пафнутьевым, можно сделать противоположный вывод – никаких пересечений с делами Церкви у Ивана не было. Абсолютно никаких.

– Понятно.

У меня даже как-то отлегло – если бы Ванюша еще и с этими страшными батюшками связался… Все, туши свет!

– Алексей! – голос деда вырвал меня из раздумий. – Не вешай нос! И забудь про этого Тагильцева. Пока забудь. Дальше видно будет. Договорились?

– Договорились. – кивнул я.

– Удачно съездить на границу. – он встал и протянул мне руку. – Прохор, пригляди там за воспитанником.

***

– Не нравится мне все это, Саша… – Император задумчиво смотрел на только что закрывшуюся за внуком дверь. – Алексей правильно отметил, что наши батюшки совсем уже страх потеряли. Особенно этот Тагильцев. Пользуется, тварь, своей близостью к Святославу… И влиянием на нужные Рода. Может, пока не поздно, устроим ему несчастный случай? Во избежание, так сказать… Как думаешь?

– Если сработать чисто, то почему бы и нет. – протянул Цесаревич. – Напрашивается вариант с атакой на него «Тайги», с имитацией инфаркта. И концы в воду, никто ничего не заподозрит. Только вот сдюжат ли они, если даже Алексея при воспоминании о встрече с Тагильцевым так корежит. – он вздохнул. – Сработаем грязно, точно получим конфликт с Церковью. С дальнейшими не просчитываемыми последствиями. Да и эти совпадения с Лебедевым меня тоже очень настораживают… Надо с другим специалистом консультироваться.

– Я тоже уже про Ивана начал думать. – кивнул Император. – Только вот не кажется ли тебе, что Ванюша тоже?.. – он многозначительно посмотрел на сына.

– А смысл? – хмыкнул тот. – Ване тогда выгоднее было вообще в сторонке отсидеться.

– Тоже верно. – задумался Император. – Может он что-нибудь знает, просто нам не говорит?

– Не исключено, но вряд ли. – поморщился Цесаревич. – Переговорю.

– Переговори. И подготовку Алексея надо форсировать, хватит уже его в темную играть. Подумай, как ты Ивана легализовать будешь. – Император откинулся на спинку кресла. – Белобородов на твое предложение согласился?

– Да.

– Вот и определишь нашего блудного колдуна под начало Белобородова. И дочь Ванину, Алексию эту, тоже.

– Отец, ты решил специально под Алексея отдельную спецслужбу создать? – заулыбался Цесаревич.

– Сам же видишь, само как-то создается. – развел руками ухмыляющийся Император. – Пусть Алексей поиграется. Авось, ему и понравится. И еще, Саша. Пафнутьеву прикажи усилить контроль над церковниками. Особенно, над этим Тагильцевым. И пусть Виталькины орлы делают все аккуратно, чтобы меня Святослав жалобами на произвол Канцелярии не доставал.

– Сделаю.

***

– Успокоился? – именно это спросил меня Прохор, когда мы с ним сели в отцовскую «Волгу».

– Не особо. – признался я.