– Это нормально. – хмыкнул воспитатель. – Нет ничего хуже не понимать с чем столкнулся. Зато как тонизирует? – он смотрел на меня с улыбкой.
– Не то слово! – кивнул я. – Церкви теперь буду стороной обходить.
– А вот тут ты, Лешка, не прав. – Прохор стер с лица улыбку. – Тагильцев и компания являются, к счастью, подавляющим меньшинством среди служителей церкви. Особенно, если взять какую-нибудь глубинку. Да, батюшки там умишком не блещут, как и образованностью, но они по-настоящему добрые, сострадательные и отзывчивые, и Господу пошли служить по велению души, а не за звонкую монету. Наш Смоленский отец Илларион тебе в пример.
Прохор имел ввиду обычного сельского священника из старинной церквушки, расположенной километрах в десяти от моего поместья на Смоленщине. Воспитатель был прав, в эту церковь мы с ним ходили с большим удовольствием, как и Петровы. Да и помогали все вместе отцу Иллариону с ремонтом церкви, а он нам каждую осень меда на зиму привозил. Этот священник точно был
– Согласен с тобой, Прохор. – кивнул я. – Но в Московские храмы мы ни ногой!
– Как скажешь. – пожал плечами он.
***
Малый Свет к нашему приезду в особняк собрался, и вовсю отдыхал на втором этаже в большом зале.
– Долго не сидите, завтра улетаем. – сказал мне Прохор. – Буду поздно. Если что, звони.
– Хорошо. – кивнул я, и пошел к себе переодеваться.
А воспитатель пошел к себе, и тоже переодеваться – у него через час был назначен романтик с Решетовой. Как я понял из их телефонного разговора в машине, та была в курсе Прохоровской «командировки» и желала этот вечер провести в его компании. К вящей радости моего воспитателя.
Решетова была такая не одна…
– Романов, я надеюсь, ты с этими мажорами и мажорками не до ночи собираешься развлекаться? – именно этими словами меня в покоях встретила улыбающаяся Вика. – На меня-то часок перед сном оставишь? А то Николай с Александром на радостях от того, что едут на войнушку, гулять собираются до упора. Говорят, все в рамках славных традиций русского офицерства.
– Пусть гуляют. – махнул рукой я. – Со своей же стороны торжественно обещаю, что к вам, сударыня, с вечеринки вернусь вовремя.
– Будем надеяться, сударь. – с довольным видом кивнула она.
Быстро переодевшись в джинсы, рубашку и пиджак, спустился на второй этаж. В зале негромко играла музыка, столы ломились от закусок и алкоголя, а родовитая молодежь, разбившись уже на привычные компании, оживленно общалась. Мое появление не осталось незамеченным, и ко мне сразу же направились Мария с Варварой.
– Алексей, все в порядке? – поинтересовалась старшая сестра.
– Да. – улыбнулся я. – У вас, как вижу, тоже?
– Мы старались. – улыбнулась в ответ Мария. – И еще, Алексей, хотим тебя предупредить… Похоже, все догадались, куда именно вы с Колей и Сашей едете. Так что, не обращай внимания на шепотки и восторженные взгляды девчонок.
– Не буду. – пообещал я.
– И на Колю с Сашей внимания не обращай. – с усмешкой продолжила она. – Братики так собой гордятся…
И Маша указала мне на них.
Да, умели Николай с Александром произвести нужное впечатление! Казалось бы, они не делали ничего такого, но гордость за себя, как правильно отметила Мария, из них так и перла! А эта нарочито замедленная, плавная моторика движений! А повороты к собеседникам не головой, а всем телом! Самые настоящие альфа-самцы! И, что самое характерное, смотрелось это все со стороны хоть и несколько гипертрофировано, но вполне естественно, да и молодежь воспринимала такое поведение братьев благосклонно, понимая, что на их месте так бы вел себя каждый.
– Не будем тебя задерживать. – Маша с Варей вернулись к нашей компании, а я направился на «проходку» по залу, отдавая свой долг хозяина мероприятия.
Малый Свет ко мне явился практически в полном составе, и через полчаса, наговорившись на отвлеченные темы, наслушавшись «завистливых» намеков, касающихся поездки на границу с Афганистаном, я смог присоединиться к нашей компании.
Юсупова с Долгорукой продолжали вести себя подчеркнуто корректно, а вот Шереметьева с Голицыной явно нервничали, переглядывались и кидали на меня обеспокоенные взгляды. От внимания окружающих это не скрылось, но все остальные тактично молчали. Сашка Петров с Кристиной Гримальди стояли хоть и рядом, но, памятуя наш последний разговор на соответствующую тему, принимали в общей беседе активное участие, а не только «миловались» с друг другом.
Темы нашей с братьями поездки, по молчаливому согласию, мы на протяжении вечера так и не коснулись, один только Андрей Долгорукий, после тычка в бок от Ани Шереметьевой, откашлялся и попросил:
– Алексей… ты, если будет возможность, не только сестрам пиши… Нам тоже можешь… Николай, Александр, к вам просьба аналогичная.
– Договорились. – пообещал я, а братья кивнули.
Около десяти часов вечера молодежь начала разъезжаться по домам и, через некоторое время, мы остались только нашей компанией. Тут себя в полной красе показала Мария:
