— Господи Исусе! — охнул мой помощник.
— Там уже находится большая часть военных кораблей короля, пять или шесть десятков, а на них — несколько тысяч матросов. Через четыре дня я должен привести своих солдат в Портсмут. Если нужно, идти придется и в субботу.
— Ожидается, что сам король приедет туда с инспекцией.
Ликон посмотрел на нас серьезными глазами:
— Говорят, что французский флот в три раза больше нашего и их корабли везут тридцать тысяч солдат. Ох, боюсь, нас ждут горячие денечки. Мою роту обещали определить на суда — чтобы было кому воевать, если оба флота пойдут на абордаж.
Чуть помолчав, наш собеседник покачал головой:
— Сам-то я плавал в прошлом году на военном корабле, но многие из моих людей не видели ничего шире сельского пруда. Однако мы обязаны отразить вторжение, у нас просто-напросто нет другого выхода.
Тень усталости и едва ли не отчаяния промелькнула в его голосе. Мне показалось, что Ликон хотел сказать что-то еще, но внезапно он переменил тему:
— Вы путешествуете вдвоем?
— Если бы так! — вздохнул Барак.
— Нет, с нами также другой адвокат и его клерк. Спутники не из легких. — Я повернулся, чтобы отыскать взглядом Дирика, но тот уже ушел. — Мой собрат по юридическому делу намеревался совершить путешествие за четыре-пять дней, но, похоже, нам не удастся этого сделать. Сегодня, например, пришлось всю дорогу брести позади телег.
Ликон поднял на меня глаза:
— Возможно, здесь я смогу вам помочь.
— И каким же образом?
— Согласно приказу я должен привести своих людей в Портсмут к пятому числу. Установленный срок требует хорошего марша. У меня есть право останавливать телеги, командовать на дороге. Если вы со своими спутниками готовы ехать впереди нашего обоза, это ускорит ваше путешествие.
— Мы будем весьма тебе благодарны, — ответил я.
— Предупреждаю: мы выходим завтра в пять утра.
Я посмотрел на Джека, и тот немедленно закивал:
— Чем быстрее мы попадем в Хойленд, тем скорее вернемся домой.
— Мы будем на месте вовремя, — заверил я Ликона. — Спасибо тебе огромное.
— Рад чем-то отплатить за помощь, которую вы оказали моей семье. — Джордж нерешительно посмотрел в сторону документов. — А теперь, прошу прощения, я должен разобраться с цифрами, а потом вернуться в свой лагерь.
— Ты не останешься на ночь на постоялом дворе? — уточнил я.
— Нет. Я сплю вместе с солдатами.
— Тогда мы уходим.
Мы с помощником направились к двери. Один из возниц уже разложил на полу девицу, а прочие подзадоривали его.
— Зайду в комнату Дирика и сообщу ему новость, — сказал я.
— Быть может, этот говнюк хотя бы поблагодарит нас, — усмехнулся мой клерк.
— Сомневаюсь. — Я повернулся к нему. — Джек, а что, по-твоему, произошло с Джорджем Ликоном? Почему он вдруг так постарел?
Барак покачал головой:
— Не знаю. Но похоже, у него были какие-то крупные неприятности.
Я посмотрел назад. Белокурая голова офицера уже вновь склонилась над бумагами, и Ликон сосредоточенно водил пальцем по столбцам цифр. Другая его рука, покоившаяся на столе, чуть подрагивала.
К тому времени когда я попал в свою комнату, моя спина и ноги уже мучительно болели. По пути я заглянул к Дирику: тот сидел, разложив на постели и на коленях документы из какого-то дела. Коллега бросил в мою сторону недовольный взгляд, но, когда я рассказал ему о предложении Ликона, немедленно согласился.
— Итак, ваш клиент оказался полезным человеком, — одобрительно проговорил Винсент.
Что ж, эту фразу с определенной натяжкой можно было считать выражением благодарности с его стороны: на большее он просто не был способен.
Уснул я очень нескоро: постоянные шаги на лестнице и ноющие конечности мешали мне погрузиться в сон. Даже когда все утихомирились, я еще долго вертелся с боку на бок. А когда наконец забылся сном, мне приснился сущий кошмар: я тонул, погружаясь в воду все глубже и глубже, и чьи-то руки крепко стиснули мне горло, не позволяя вынырнуть на поверхность. Я попытался было отцепить их, однако они казались сделанными из стали. Я взглянул на того, кто держал меня, и увидел холодные глаза сэра Уильяма Паулита и его жестокое лицо, обрамленное стальным шлемом.
Я мгновенно проснулся. Сердце мое лихорадочно колотилось от ужаса. Я нередко вижу подобные сны. Два года назад я едва не утонул в мерзкой сточной канаве вместе с убийцей, а до этого сам утопил человека, пытавшегося меня убить. Подойдя к окну, я распахнул ставни. Внутрь комнаты хлынул солнечный свет, и по длинным теням я догадался, что время приближается к пяти утра.
