– Я так за вас переживала! – затараторила Киана. Лишь разомкнув объятия, она заметила, что левая рука дракона перебинтована.
– Пустяк, – отмахнулся Бхетран, видя ее взгляд. – Я уже не так молод. Ох, как я мог забыть! Позвольте вам представить ту, что вызволила вас из беды. Мисс Вернор, мистер Тангарс, – Бхетран кивнул магу, намекая, что про него не забыли, – это леди Кельта. Младшая сестра Ее Величества и мой хороший друг.
Так вот, кто спас их тогда в саду!
Не зная, как себя вести со знатной особой королевских кровей, Киана и Хаэль не придумали ничего лучше, кроме как просто поклониться. Леди Кельта лишь тихонько посмеялась и отмахнулась от всех этих формальностей.
– Кланяться будете моей сестре, – улыбнулась та.
– Вы спасли всем нам жизнь, – заговорил Хаэль, – тут не грех и голову склонить в благодарность.
– Но как? – спросила Киана, принимая немое приглашение Бхетрана продолжить разговор в удобных креслах. – Как вам удалось использовать портал под куполом? Бхетран же был… немного занят, – она многозначительно посмотрела на его раненую руку.
– Я снял купол, – ответил Бхетран. – Пришлось.
– Снял?
– Я его возвел, я его и снял, – пожал плечами дракон.
– Вы?! – удивилась Киана. – Жули сказала, что это она его возвела, будучи пятилетним ребенком, которого напитала ярость.
Бхетран тяжело вздохнул.
– Видите ли, Жули действительно было всего пять лет, когда случился Разлом, когда стерлась грань между нашим миром и миром духов. Выплеснувшаяся из Колыбели сила уничтожила почти весь Каменный город, не говоря уже про остальные разрушения и, тем более, про последствия. Это сила, эта энергия не из нашего мира. Она погубила многих – как людей, так и драконов. А тех, кому повезло выжить, отравила. Будучи всего лишь беззащитным ребенком, Жули впитала в себя часть чужеродной силы, которая стремительно отравила ее разум.
– Она сошла с ума… – Киана поняла это еще в Каменном городе, но причина оказалась в другом.
– Увы. События того времени перемешались в ее голове и исказились. Легенды и сказки стали для нее частью реальности, в которую она свято верила и верит по сей день. Не все из того, что она вам успела наговорить, правда. Далеко не все. Это правда для нее одной.
С Жули все еще хуже, чем Киана думала изначально. Она и впрямь сумасшедшая, но она стала такой не по своей воле, а лишь потому, что оказалась не в то время не в том месте. Ей просто повезло выжить, но Разлом искалечил ее сознание настолько, что Жули нарисовала собственную картину мира. Теперь Киане стало ее немного жалко.
– А купол?.. – спросил Хаэль, но сформулировать вопрос как следует не смог.
– Во время Разлома меня не было в Каменном городе. Я был здесь, в Мейадэме, – ответил Бхетран. – Но я почувствовал, что дома случилось что-то страшное, и поспешил вернуться. Когда я оказался в Каменном городе, от него почти ничего не осталось. Я и несколько других драконов возвели защитный купол, чтобы выиграть время и дать остальным убежать. Я видел, как кто-то нес на руках Жули: она была вся в крови и без сознания. Всех доставили в Облачную Твердыню – еще один наш древний город, он находится в горах Небулы. Многие из тех, кому удалось спастись, не пережили следующую ночь – умерли во сне. Выжили в основном дети.
– Неужели все они…
– Да, все, – кивнул Бхетран. – Большинство из них покончило жизнь самоубийством, а некоторых истребили Каратели, так как те слишком сильно разбушевались. Жули – едва ли не единственный ребенок, который смог прожить так долго с искаженным сознанием и неправильным видением мира.
– И как же ей это удалось? – вопрос от леди Кельты был риторическим, но она подняла взгляд на Бхетрана, будто бы он знал ответ.
– Загадка, – хмыкнул он.
– Значит, то, что Каменный город проклят, это неправда? – спросила Киана.
– Конечно, нет! – возмутился Бхетран. – Жули тянет к эпицентру Разлома, к Каменному городу. И эта тягу она ассоциирует с проклятьем. Она не понимает, почему туда тянет только ее одну.
– Тогда почему город называют Каменным? – на фоне всего разговора, вопрос Кианы казался смешным.
– На самом деле город имеет другое название, – заговорила леди Кельта. – До Разлома город звался Таш-Кеме, что на языке древних драконов означает «каменный корабль». После катастрофы название исчезло вместе с городом, поэтому в легендах люди стали величать его как Каменный город, потому что помнили огромные каменные башни и статуи. Все правильно?
– Все верно, леди Кельта, – Бхетран довольно кивнул. – Да, на самом деле город зовется Таш-Кеме. И я, кстати, об этом писал, – дракон достал из-под ворота пиджака свой дневник. – Вы невнимательно его читали, мисс Вернор.
Киана смутилась и рассмеялась.
– А горельеф? В склепе! – тут же вспомнила она.
