Внизу между растениями перемещались какие-то фигурки и что-то, похожее на устройства, но подробно различить что-то с такого расстояния было почти невозможно. Со времени катастрофы в подземной крепости, это было первое населённое место, которое видел Сергей. Оно находилось далеко, и Сергею удавалось сохранять спокойствие, но всё-таки он не мог полностью подавить грызущее, беспокойное ожидание. Ожидание того, что губительная сила Леса, сокрытая в нём, вот-вот вырвется и набросится на тех, кто был внизу.
- Или, например, тот случай на разрушенных выработках. Прослышав об абсолютно небывалых природных богатствах, мы ринулись туда и развернули бурную деятельность почти безо всякой разведки и проверки. А ведь осторожность - следствие практичности. И что-то тогда затмило нашу практичность. Вера в собственную избранность, помню, я говорил. Но не только.
Сергей вспомнил огромную пещеру, усыпанную следами давних смертей и разрушений. Он также вспомнил странное чувство умиротворения, пришедшее там, и удивился - насколько же страшным должно быть состояние, чтобы испытывать умиротворение в подобных местах?
- То, что я имею в виду, - продолжал гном, - относится даже не к Лиге, а к самым общим вещам. Каждый ребёнок знает - эльфы живут в лесах, гномы живут в горах. Но почему так? С эльфами понятно - они физически связаны с энергетикой лесов, они воспринимают леса по-особенному, видят их вельд. А гномы? Мы никак не связаны с энергетикой гор, пещер, если такая вообще существует. Не видим никакого пещерного вельда - что очень жаль, кстати, это бы здорово облегчило жизнь в темноте. Видит Великий Свод, мы вообще не особенно жалуем темноту - ты сам видел, как хорошо освещён Рифтран. Слух у нас, конечно, хороший - но это явно не причина жить, окружёнными камнем. Так в чём же причина?
Руд протянул руку и взял небольшой камешек.
- Вот, смотри. Многие говорят, что это из-за какой-то невероятной любви к камню. Такое мнение можно понять. В конце концов, слово "ог", обозначающее камень, - самое главное в нашем языке. Но, тем не менее, это не так. Дело не в любви к камню. Ты никогда не увидишь гнома, любовно поглаживающего дикий булыжник, наподобие этого в моих руках. То, как ведут себя Лесные Народы, как они медитируют среди травы, блаженствуют в дикой листве - к гномам это не имеет никакого отношения. Мы не любим камень сам по себе. Скорее уж, все его сколы и неровности вызывают у нас раздражение. Но мы любим камень, потому что он - главное, в чём находит воплощение наша истинная страсть. Наша самая важная отличительная черта.
Руд вытянул вперёд широко раскрытую ладонь с лежащим на ней камешком. Губы гнома изогнулись, то ли произнеся короткое слово, то ли просто совершив длинный выдох, и кусочек скалы медленно поднялся с ладони в воздух.
- Больше всего на свете мы любим менять мир вокруг себя. Исправлять его несовершенство.
Под пристальным взглядом Руда висящий в воздухе камешек мелко задрожал и в следующее мгновение оказался заключён во вспышки маленьких красных молний.
- Наверное, когда-то в глубокой древности наши предки, обосновавшись в какой-нибудь пещере и сумев невероятными усилиями обработать её камень, поняли, насколько это значительнее, благороднее и долговечней, чем хижины из тростника, резьба по дереву, кости и всё такое прочее. А ещё оказалось, что внутри пещер, внутри гор можно окружать себя этой красотой и соразмерностью со всех сторон, оказываться внутри неё. Создавать свой собственный мир. Осознав это, мы влюбились в камень. И стали селиться в горах и пещерах.
Вспышки замелькали ярче и чаще. Камешек в воздухе начал вращаться, всё быстрее и быстрее, окутываясь облаком пыли из собственной плоти.
- Гномы живут так уже тысячи и тысячи лет. Из собственной страсти, собственных страхов и устремлений мы выстроили наш жизненный путь. Стали рациональными, практичными. Заключили тёмное прошлое в рамки обычаев и легенд, сделали частью нашей культуры и памяти. Но прошлое не исчезло. И не изменилось. Нельзя убежать от себя. Нельзя убежать от своей страсти. То, что заставляло наших предков сбивать в кровь руки, пытаясь обработать камень таким же камнем, живёт и в нас. И время от времени мы слышим его голос. Голос, который заглушает всё остальное.
Вращение, вспышки и летящая пыль - всё это прекратилось разом, в один момент. Теперь на месте кусочка дикой скалы в воздухе висел шар. Руд чуть сжал пальцы раскрытой ладони, и шар плавно приземлился на неё. Гном поднёс его к глазам.
