— У Догана имелся сын. В семьдесят девятом он пошел в армию и оказался в Германии. Летом следующего года Джереми вместе с Сэмом предстал перед судом в Гринвилле, и вскоре стало известно, что он согласился дать показания. История вышла довольно громкой. В октябре восьмидесятого сын Догана ушел в самоволку, там, в Германии. Ушел и исчез. — Леттнер швырнул голубям скорлупки. — Естественно, военные бросились на поиски, но никого не нашли ни через три месяца, ни через год. Доган погиб, так и не выяснив, что случилось с сыном.
— Что же с ним случилось?
— Не знаю. О парне до сих пор ничего не слышно.
— Он мертв?
— Скорее всего. Никаких следов.
— Кто его мог убить?
— Наверное, тот же, кто убил и его родителей.
— Вы пытались установить имя?
— У нас была теория, но отсутствовал подозреваемый. По нашим предположениям, сына украли накануне суда, чтобы предостеречь Джереми. Видимо, Доган знал какие-то секреты.
— Зачем же тогда было взрывать после суда его дом?
В сквере перед зданием суда они опустились на скамейку. Машинально Адам взял из пакетика несколько орешков.
— Кто располагал информацией о взрыве? — спросил Леттнер. — Детальной информацией?
— Сэм Кэйхолл. Джереми Доган.
— Так. Кто защищал их в ходе первых двух процессов?
— Кловис Брэйзелтон.
— Логично ли предположить, что кое-какие подробности были известны и Брэйзелтону?
— Вполне. Он считался активным членом Клана, если не ошибаюсь.
— Не ошибаешься. Получается, трое: Сэм, Доган и Брэйзелтон.
На мгновение Адам задумался.
— И может быть, еще один таинственный сообщник.
— Может быть. Доган мертв. Сэм молчит. Брэйзелтона не стало много лет назад.
— А с ним-то что произошло?
— Погиб в авиакатастрофе. Дело Крамера превратило его в национального героя, Кловис вознесся на гребень успеха. Он очень любил летать, купил себе небольшой самолет, порхал на нем по стране в поисках выгодного клиента. Как-то ночью он возвращался из Калифорнии, и машина вдруг пропала с экранов радаров. Тело позже обнаружили застрявшим в ветвях деревьев. Погода стояла отличная. По заключению экспертов из ФАА,[15] в полете отказал двигатель.
— Еще одна загадочная смерть.
— Ага… Выходит, все мертвы, кроме Сэма. Но и ему осталось совсем чуть-чуть.
— Существует ли связь между смертями Догана и Брэйзелтона?
— Нет. Их разделяет несколько лет. Но наша теория предусматривала вариант, по которому гибель обоих — дело рук одного человека.
— Кого именно?
— Того, кто чрезвычайно заботился о сохранении секретов. Скажем, вероятного соучастника Сэма Кэйхолла, мистера Икс.
— Диковатая выходит теория.
— Да. Никаких доказательств. Но я еще в Кэлико-Рок говорил тебе: мы всегда подозревали, что у Сэма был помощник. Или же Сэм являлся помощником мистера Икс, не важно. Когда Кэйхолла арестовали, мистер Икс попросту испарился. А потом начал методично убирать свидетелей.
— Но зачем стоило убивать жену Догана?
— Потому что она спала в одной постели с мужем.
— А его сына?
— Чтобы заставить Джереми держать язык за зубами. Не забывай, к моменту, когда Доган решился дать показания, парень отсутствовал уже четыре месяца.
— О сыне я не имел ни малейшего представления.
— О нем вообще мало кто знал, исчез-то он в Германии. Мы посоветовали Догану не распространяться на эту тему.
— У меня в голове какая-то каша. На суде Доган свидетельствовал только против Сэма. К чему мистеру Икс было от него избавляться?
— Значит, он наверняка что-то знал. И к тому же сдал суду своего соратника.
Адам бросил два орешка откормленному сизокрылому голубю. Леттнер скомкал пакетик и выбросил в урну целую пригоршню скорлупок. Солнце стояло почти в зените, десятки и сотни служащих вокруг устремлялись к дверям забегаловок и кафетериев, чтобы торопливо съесть ленч.
— Ты не голоден? — поинтересовался Леттнер, взглянув на часы.
— Нет.
— Может, бутылочку пива? Мне она необходима.
— Тоже нет. Но почему вы связываете мистера Икс со мной?
— Сэм — единственный оставшийся в живых свидетель. Через две недели навеки замолчит и он. Если он умрет, не издав ни звука, мистеру Икс не о чем волноваться. Если через две недели Сэм не умрет, его гипотетический сообщник будет иметь все основания для беспокойства. Но вот если Сэм заговорит, то над кем-то нависнет очень серьезная угроза.
— Над кем-то — это надо мной?
— Сейчас ты один пытаешься докопаться до правды.
— Думаете, он где-то рядом?
— Допускаю такую вероятность. Может, он сидит за баранкой такси в Монреале. Может, его вообще не существует.
Адам с наигранным испугом втянул голову в плечи.
— Понимаю. Мои слова и в самом деле звучат дико, — сказал Леттнер.
— Мистер Икс в полной безопасности. Сэм не заговорит.
— Но потенциальная угроза все же есть, Адам. Помни о ней.
— Она меня не пугает. Если бы Сэм назвал одно только имя, я бы стал выкрикивать его на улицах, я бы завалил суды протестами. Но теперь уже слишком поздно. Время теорий прошло.
— А губернатор?
— Сомневаюсь.
— В любом случае будь осторожен.
— Спасибо. Приложу все усилия.
— Пойдем выпьем пива.
Его следует держать как можно дальше от Ли, подумал Адам.
— Сейчас без пяти двенадцать. Неужели вы начинаете так рано?
