— Иногда я начинаю с завтрака.
Прикрывая лицо развернутой газетой, мистер Икс сидел на скамейке футах в восьмидесяти от них. Разговора он слышать не мог, но распознал в пожилом мужчине бывшего агента ФБР: когда-то фоторепортеры не отставали от Уина Леттнера ни на шаг. Теперь предстояло проследовать за явным любителем рыбной ловли и выяснить, где он живет.
Мемфис успел порядком наскучить Ролли Уэджу. Сегодняшний день стал приятным разнообразием. Адам часами торчал в офисе, наведывался к деду, ночи проводил в особняке тетки. Тоска. Ролли внимательно прочитывал все местные газеты. Имя его ни в одной не упоминалось. О нем никто ничего не знал.
Записка на кухонном столе была датирована по всем правилам, с указанием времени: семь пятнадцать вечера. И без того неразборчивый почерк тетки сегодня вообще напоминал детские каракули. «Лежу в постели, — писала Ли, — по всей видимости, с гриппом. Постарайся не заходить, врач настоятельно советовал выспаться».
Для большего эффекта она оставила на записке пузырек с микстурой из местной аптеки.
Адам быстро проверил мусорное ведро — пустая бутылка исчезла. Сунув в микроволновую печь тарелку с пиццей, он вышел во двор.
Первый бумажный змей прилетел сразу после завтрака, когда Сэм, стоя в боксерских трусах возле решетки, с наслаждением затягивался сигаретой. Прислал змея Проповедник, и новости в нем сообщались малоприятные:
«Дорогой Сэм! Сказочный сон закончился. Господь раскрыл передо мной прошедшей ночью картину будущего. Лучше бы Он этого не делал. Картина грандиозная, могу описать ее в деталях, если захочешь. Суть в следующем: на переднем плане — ты рядом с Создателем, совсем рядом, понимаешь? Он просил передать тебе: готовься! Он ждет. Путешествие будет трудным, однако результат его вдохновляет. С любовью, твой брат Рэнди».
— Счастливого пути, — пробормотал Сэм, комкая бумажонку и бросая ее на пол. Проповедник медленно, но явно сходил с ума, и помочь ему было нечем. Месяца два назад Сэм заготовил несколько петиций, чтобы отослать органам надзора, когда брат Рэнди окончательно лишится рассудка.
За стеной справа через решетку просунул руки Гуллит.
— Как дела, Сэм?
— Всевышний раскрывает мне объятия.
— Да ну?
— Уж поверь. Ночью Проповедник видел вещий сон.
— Что ж, тогда поблагодари Бога.
— Правда, сон больше походил на кошмар.
— На твоем месте я не принимал бы его близко к сердцу. Рэнди совсем рехнулся и видит сны даже наяву. Вчера говорили, что он уже целую неделю льет слезы.
— Рыдания-то ты слышал?
— Хвала Создателю, нет.
— Бедняга. Я составил для него несколько прошений, так, на случай, если меня уже здесь не будет. Хочу, чтобы ты забрал их к себе.
— Что мне с ними делать?
— Получишь точные инструкции. Бумаги нужно переслать его адвокату.
Гуллит задумчиво присвистнул:
— Сэм, Сэм… Без тебя я здесь пропаду. Со своим я не говорил уже больше года.
— Твой юрист — законченный маразматик.
— Ну так помоги мне избавиться от него. Прошу! Своих же ты сплавил. Помоги дать недоумку полный расчет. Сам я не знаю, как это делается.
— Кто тогда будет представлять твои интересы?
— Твой внук. Скажи ему, пусть возьмет мое дело.
Сэм заулыбался. Через секунду он уже громко смеялся. Чего доброго, Адам войдет в аппетит и примет на себя заботы о всей Скамье!
— Что у тебя вызвало такое веселье? — обиженным голосом осведомился сосед.
— Ты. Считаешь, он горит желанием взять твое дело?
— Брось, Сэм! Поговори с ним. Мальчишка, видать, умен, если он твой внук.
— Если… А если меня отправят в газовку, ты доверишься адвокату, который только что потерял своего первого клиента?
— Н-ну… не знаю.
— Расслабься, Джей-Би. У тебя впереди годы.
— Сколько их?
— Лет пять, не меньше.
— Можешь поклясться?
— Даю слово. Или ты предпочтешь расписку? Ошибусь — предъявляй иск.
— Очень остроумно, Сэм. Очень!
Хлопнула дверь, в коридоре зазвучали тяжелые шаги Клайда Пакера. Возле камеры номер шесть сержант остановился.
— Привет, Сэм.
— Привет, Пакер.
— Наденьте ваш красный фрак, сэр. К вам гости.
— Кто?
— Человек, жаждущий общения.
— Кто? — повторил Сэм, поспешно натягивая спортивный костюм. Рука его автоматически опустила в карман пачку сигарет. Сэму было наплевать на посетителя и его нужды, но визит с воли означал совершенно непредвиденную смену обстановки.
— Поторопись.
— Мой адвокат? — Ноги Кэйхолла никак не попадали в резиновые тапочки.
— Нет.
Пакер стянул его запястья наручниками, распахнул дверь камеры. Выйдя в сопровождении сержанта из отсека «А», Сэм остановился перед другой дверью, той, за которой находилась комната, где он беседовал с Адамом. Гигант освободил сидельцу руки и втолкнул его в комнату.
