Кая стала нервно мять пальцы, платье. Взгляд не задерживался на предметах долго, и от этого начинала кружиться голова.
— Почему ты думаешь, что они идут за тобой?
— У них… — Каю будто снова швырнуло на лесную дорогу, к тому, что так ее пугало. Она вцепилась в руку Его Величества. — Не отдавайте меня им! Нет! Не отдавайте!
Она не плакала, не кричала, но с неистовым ужасом смотрела на короля.
Кая понимала, что он мог бы выдать ее. Он мог пожертвовать чем угодно, лишь бы добиться цели. Выменял бы собственную душу. Настолько сильной была его решительность. Настолько бездонной была его ненависть.
— Что у них? Соберись! — король встряхнул ее. Кая прикусила язык. Боль чуть отрезвила. Она сжала в руках платье.
— Сундук. Заколдован. А внутри… Там что-то… Темное. Я не могу прорваться. Не вижу. Только чувствую. Они защитились от меня! Понимаете? Они привезли амулеты! В сундуке, через которой не пробиться! Я не могу поглотить! Они знают! Знают, что замок мой!
Кая снова запаниковала. У нее не было плана. Она не знала, что делать. Все, что могла, — обороняться внутри стен, что принадлежали ей. Но и не могла тоже.
Тут были слуги, король… Такое сражение было бы бессмысленным. Принесло бы только потери, и в конце она бы все равно погибла, утащив за собой несколько сотен людей.
— Они потребуют меня! Еще раз! Чтобы проверить! Я не смогу ничего сделать! Пожалуйста! Не отдавайте меня им!
Кая представила, сколько всего ее ждет в их лапах, и слезы брызнули из глаз. Она бесславно истерично разрыдалась.
Перед глазами вспыхивали истерзанные девушки, обгорелые тела и самое страшное… Сестры искупления.
Она хваталась за руку короля, снова и снова умоляла его о спасении.
— Хватит! — он вырвал рукав, за который из последних сил держалась Кая. Сделал несколько нервных шагов по спальне, вернулся и снова вцепился в ее плечи. — Ты уверена?
Она закивала.
Да. Тысячу раз да!
Но король не смог бы понять этой уверенности, потому что никогда не владел никаким даром. А она чувствовала. Она знала. Знала, что грядет опасность, чувствовала приближение собственного конца.
— Сколько времени?
Кая потупилась. Она считала. Король задал вопрос, и нужно было ответить. Да. Ответить.
— Сорок минут. Час, если задержать.
— Задержи, — велел король. — Пошли за своим колдуном. И Ньялом! Живее, Тувэ.
Кая закрыла глаза. И снова растворилась в том лесу. В земле. В корнях деревьев. Они, подчиняясь ей, неестественно быстро росли, показались над землей.
Выше. Выше. Выше.
Когда Кая пришла в себя, в покоях уже был только король.
— Я не отдам тебя этим ублюдкам, — он взлохматил волосы.
— Спасибо, — тихо прошептала она.
— Послушай, Кая, — король сглотнул. Он нервно сжал пальцы в кулак, потом разжал. — Ты должна покинуть замок.
Она вскинула голову.
— Нет… Нет… Нет… — Кая в панике качала головой, вжимаясь в спинку стула. — Нельзя! Так нельзя! Ты… Вы… Вы останетесь один! Я не могу, нет!
— Кая! — он крикнул на нее. Отчаянно. Она была привыкшей к раздражению, гневу, пренебрежению, но к отчаянию… — Заткнись и делай, что приказано!
В комнату вошли северяне. Король подобрался.
Ньял и Ир были вооружены. И королева тоже взялась за свой меч.
— Когда ваши люди едут на север? — бросил Его Величество немедля.
Кая перевела взгляд на дверь, та захлопнулась. Щелкнул замок.
— Нам нужно закончить приготовления… — королева растерялась.
— Когда?
— Пара недель в лучшем случае.
Его Величество раздосадованно цокнул языком.
— Может, нам кто-то объяснит, что происходит? — колдун усмехнулся.
— Плащи идут за ней, — королева кивнула на Каю.
— Оу, — Ир поджал губы. — А разве она не может придержать их в узде? На ней же их фокусы не работают.
— Они нашли способ, — Кая понимала, что вызывала в колдуне неприязнь. И не могла осудить его за отсутствие участия.
— Им нельзя заполучить ее, — король снова цокнул языком. — Они используют что-то… Не знаю. Мы не знаем. Магия? Залезают в головы. И вытаскивают все, что хотят знать, против воли человека.
— Не может быть, — Ир отшатнулся. Нахмурился. — Это же опасно. Да от сознания человека ничего не останется… О боги…
Он понял. Кая по лицу поняла. Колдуна перекосило яростью.
— Вот почему глаз не было… — прошипел он сквозь зубы. — Они залезли ей в голову.
— Прости, — вдруг обронила Кая, чувствуя свою вину.
Она, казалось, единственная была виновата во всем. Она знала это. Виновна в том, что одарена. Виновна в том, что не спасала девушек. Виновна в том, что позволила Иру узнать. Виновна в том, что причинила ему столько боли. Виновна в том, что жива, а они все мертвы. Виновна. Виновна. Виновна. И ждет ее костер!
— Давайте убьем ее, — колдун безразлично махнул рукой, переборов приступ ярости.
— Нельзя.
— А-а-а, ее, значит, нельзя, — и он мрачно рассмеялся. — О, эти двойные стандарты.
— Хватит, Ир, — таким холодным голос королевы бывал не часто. — Ее нужно увезти на север? Ты этого хочешь, Элиот?
— Да. Пусть она уедет с твоими людьми. От Лейхгара должен был ехать человек на переговоры с Роргом. Пусть едет Кая.
