– В лучшем случае. Если мы не найдем верного решения. Этого заболевания нет ни в одном медицинском справочнике, как и в библиотеках города, поиск в сетевых источниках также не принес плодов – ничего хоть отдаленно похожего. Проконсультироваться с кем-то, как ты понимаешь, я не могу: моё исследование вызовет массу вопросов у других докторов, которые захотят вызнать у меня, чем обусловлен мой интерес.
Холовора поморщился.
– Я могу выдать твоему сыну справку о непригодности к прохождению службы.
– В военкомате уже догадались, что у Эваллё богатый папочка, который его отмажет. Я благодарен тебе, но я, пожалуй, сам решу, как быть, не хочу, чтобы у Эваллё в будущем возникли косяки при устройстве на работу. Уверен, придумаю что-нибудь.
– Если что, ты знаешь, где меня искать.
Сатин кивком подтвердил, что слышал его слова, продолжая мысленно возвращаться к лежащему в палате напротив сыну.
– Где твоя жена?
– Я наорал на Маю…
– Понятно. Пускай, она отведет пацана в столовую, там заварки полно в чайнике и молотый кофе есть. И сам сходи, не до утра же ты собрался торчать в коридоре?
– Я сегодня ночь не спал. Если я сейчас выпью кофе, то срублюсь.
Сатин не стал объяснять, что весь вечер прождал возвращения сыновей.
Борясь с подступающей сонливостью, стянул плед. Вечером в коридорах было относительно прохладно без пальто.
– Как здоровье моей жены?
– Средне. Я выписал ей список препаратов, которые она должна будет взять с собой на отдых, и подробно расписал график приема.
– Я могу от неё заразиться на этом этапе лечения?
– Риск подцепить заразу будет оставаться до полного её выздоровления. Только, видишь ли, дело в том, что ты уже давно мог подхватить от неё туберкулез, но не подхватил.
В палате витал запах свежевыглаженного белья и неприятный горький запах лекарств. Зайдя за ширму, Сатин придвинул стоявший тут стул к постели Эваллё. К ней была приставлена стойка с капельницей, шнур от которой тянулся к правой руке парня. Подвернутый рукав больничной рубашки открывал желтоватый синяк. Кожа бледная до синевы, веки заметно отекли. Кривая пульса была стабильной, глядя на которую, становилось немного спокойнее.
Мужчина протянул руку и коснулся кончиками пальцев теплого запястья Эваллё, переместил ладонь вверх, слегка обхватив локоть вместе с рубашкой. Он надеялся, что вот-вот парень откроет глаза и узнает его.
Было бы легче завести разговор, если бы хоть было известно его имя, но Фрэя не представляла, как спросить об этом глухого человека. К счастью, видя её растерянность, незнакомец заговорил первым.
– Я вызову для вас такси, – зазвучал его музыкальный голос, такой же плавный и неспешный, как и его походка. Говорил он с приятным слуху мягким акцентом.
Сбитая с толку, девушка поплелась за иностранцем. Стремления к общению незнакомец не выказывал, и весь его внешний вид говорил о том, что ему некуда спешить.
– Небезопасно одной бродить по городу после девяти вечера, – слегка шипящая «с» невольно вынудила улыбнуться. Незнакомец с легкостью перекрывал шум дороги низким глубоким голосом. Фрэе показалось, что его обладателю гораздо больше лет, чем она нафантазировала себе тогда в магазине. Сейчас, когда удалось лучше рассмотреть мужчину, его высокий рост не казался таким уж неудобством.
– Да… точно… – но тут же спохватилась, что он всё равно её не слышит. Одновременно желая с ним расстаться и проверяя, не появилось ли обручальное кольцо на пальце, Фрэя гадала, откуда он мог приехать.
Они вышли к шоссе. Снег вокруг полностью стаял, по обочинам лежали размякшие листочки, уже без надежды, что их кто-то соскребет и увезет на растопку. Накрапывал косой дождь, преломляясь в свете фар проезжающих мимо автомобилей, в лицо летел мокрый снег, челка мокла.
Иностранец обернулся, проверяя, следует ли за ним девушка. На мгновение его осветило, и в вороте теплого плаща Фрэя заметила серую водолазку с зелеными вставками. Крупинки дождя звездами мерцали на пальто. В темноте сложно было разобрать, есть ли у него на ушах марлевые повязки. Это у него от рождения волосы вьются или от влажности?
Похоже, её твердо решили отправить восвояси. Фрэя остановилась, не заметив, как, рассуждая, что же делать, сбавила шаг. Мужчина тоже замер, словно мог слышать её шаги. А вдруг он вовсе не глухой. Ведь то, что у него заклеены уши, еще не означает, что он вообще ничего не слышит, может это только для профилактики, или он совсем недавно перенес операцию по восстановлению слуха. А бывают операции по восстановлению слуха?
– Прошу прощения, – она повысила голос: – Я вообще-то благодарна вам за помощь, но…
Когда такой красавец предлагает свою помощь, она вынуждена держать себя в руках и искать повод для отказа. В конце концов, она не верила в совпадения, наверняка, он, увидев её издалека, нарочно подошел, ожидая, что она тут же потеряет голову от счастья.
– Если вы желаете, я могу отправиться с вами на автобусе, – откликнулся незнакомец, взглянув на неё из-за левого плеча. Обернулся всем корпусом.
