За темными валунами и черными тенями кокосовых пальм выделялся голубой горизонт, на закате, застилая вечернее небо, облака собирались в золотисто-пурпурные стаи.
Тео звенел связкой ключей.
– Давай помогу… – Холовора отобрал у парня доски и спустил по ступеням.
Тео после работы, а Сатин очень не любил стоять без дела, итак потратил уже слишком много времени на безделье, едва не умер.
– На доске когда-нибудь стоял?
– Довольно давно, – поставил доски на землю. – Ты ведь знаешь, у меня дома волну не поймаешь, если есть из чего выбирать – сплошные озера и реки, таких волн, которые сгодились бы для серфинга, там не бывает.
– Это уж точно. Гавайи – лучшее место, еще могу отметить Австралию и берега японских островов. Классический лонгборд, думаю, тебе подойдет. Ты здесь так давно и ни разу не прокатился? – Тео изобразил крайнее недоумение. Зажав доску под мышкой, вышел на дорогу, в левой руке у него покачивалась спортивная сумка, заметив взгляд Сатина, пояснил: – Гидрокостюмы. Сегодня жарко, поэтому я не стал брать абсолютно всё. Нет, Сатин…
Голос дрогнул, как будто парень сомневался, стоит ему произносить это имя, или всё же не надо.
– Ты меня поражаешь, – Тео взвалил сумку на плечо, но спутник отобрал его ношу. – Неужели ты просто гулял по пляжу. Что ты там делал? Я знаю, скверно было за тобой следить… но я право не знаю, что на меня нашло… – нервный быстрый голос перешел в смущенный лепет.
– Почему не разбудил? – неожиданно спросил Холовора.
– А, утром…
– Опоздал бы на работу?
Мужчина первым поднялся на дорогу и остановился подождать плетущегося в хвосте Тео.
– Я предполагал такой вопрос… – снова замялся Тео.
В подсознании всплыло недавнее упрямство, и слова прозвучали немного напыщенно:
– Ну так ответь на него, – коли парень следил за ним, то и он, Сатин, имеет право поучаствовать в чужой личной жизни.
Тео пошарил в кармане и зашуршал сигаретной пачкой, вставив сигарету в зубы, чиркнул зажигалкой. Пальцы сжали сигарету, парень прикусил нижнюю губу и отвел руку, рассеивая в сумерках табачный дымок. Этот немного рассеянный жест был настолько элегантен и раздразнил на воспоминания о том времени… а, это было полной глупостью, но Сатин на самом деле учил Тео красиво изящно курить. Мужчина усмехнулся и помотал головой. Тео хорошо усвоил его уроки, пожалуй, слишком хорошо, чтобы не потешить эго учителя.
– Что?! – не понял парень, раздраженно высоким голосом, нахмурил гладкий лоб. – Хорошо, я отвечу на твой вопрос, если ответишь на мой.
Как это по-детски, совсем в духе Тео.
– Допустим.
– А что… если бы я не ушел, что тогда?
Сатин увидел впереди полосу пляжа. Китаец ждал ответа.
Если бы можно было сказать, что им следует проводить больше времени в обществе друг друга… Сатин об этом думал, какая-то часть его действительно хотела довериться Тео, но думать так – чистой воды эгоизм, парень истолковал бы его слова превратно, как ни заводи часы, а они все равно будут тикать в одном направлении, точно так же и Тео. Парень получил свой второй шанс и не помедлит им воспользоваться, а что тогда? Он не сможет отвергнуть Тео. Зря он дал ему эту возможность, зря позволил себе оставаться рядом с Шенг, напрасно старается обмануть себя, что между ними всё кончено. Ему ненужно всё это, он просто потерян, он забыл, что значит нравиться людям, он забыл и каково это, когда сердце неистово колотится в груди, вместе с его женой ушла и страсть, и безрассудство, но, может быть, еще не всё потерянно? Чтобы вновь вернуть себя? Не такой уж он и старый, да, возможно, он больше никогда не испытает нечто, похожее на увлеченность.
Что такое? Ты сомневаешься, нужен ли ты ему после всего, что произошло? Так проверь, тебе стоит всего лишь руку протянуть…
Сатин запаниковал, когда руки перестали ему подчиняться, и движения вышли из-под контроля, вернее, контролировал их теперь двойник. Кое в чем он всё же разобрался, двойник сердит на него, сердит за малодушие, за его тягу к самобичеванию. Ему казалось, что двойник ревнует его к Тео. Парень, словно прочитав его мысли, отвернулся. Мышцы напряглись, сгибаясь в локте, рука будто жила собственной жизнью, потянулась к спине китайца.
– Остановись! – голос осип, пальцы тянулись к смуглым лопаткам, вырисовывающимся в вырезе майки.
– Стою, – неуверенно прошептал Тео, вероятно, испугавшись его полудикого тона, медленно повернул голову.
– Н-нет… – Сатин закусил губу, рука повисла в воздухе.
– Ну ладно, нет так нет, – парень сделал шаг вперед.
– Да я не о том…
– А о чем?
– Ни о чем.
– Ну вот и поговорили, – китаец обернулся к нему; озадаченный взгляд Тео на мгновение задержался на дрожащей ладони, которую Сатин, как некое мерзкое насекомое, крайне неохотно прижал к бедру. Вид у него, должно быть, был совсем затравленный. – Если мои вопросы вызывают у тебя такую… бурную реакцию – предупреждай в следующий раз… чтобы я думал, что говорю.
