– Исчез из твоей жизни, мм? – оставив без внимания её заявление, напирал Маю. – Что же, я исчезну, только потом не надо слез… – там, где женщина сжимала свои пальцы, онемели мышцы, но мальчик не попытался высвободиться из хватки. – Всех этих глупых рыданий. С меня достаточно! Какой прок от твоих страданий? Я пойду в армию и сомневаюсь, что мне захочется еще когда-нибудь вернуться к тебе. А ты не жалей об этом. Не переношу всех этих женских истерик.
– Когда ты успел стать таким черствым, Маю? – осудила племянника японка.
– Когда? Плачу тебе разменной монетой. Услуга за услугу. Ты так старалась заменить мне обоих родителей, считая, что ты лучше справишься с их ролью… И я спрашиваю тебя, разве такое можно назвать справедливостью? Что в итоге именно твоё желание исполнилось. Я не знаю твоей матери, я с ней не знаком… я знаю только то, что ты мне сама рассказывала. С тебя недостаточно чувства вины? Ищешь на ком бы отыграть свою злость за безразличие матери?
– Ну всё, давайте забудем этот разговор, – вмешался Провада Саёри.
– Вины? – переспросила знаменитая мангака.
– Разве ты не испытываешь чувства вины за то, что всё так удачно для тебя сложилось?
Зрачки расширились, какое-то время она молча изучала мальчика, пока глаза не начали слезиться, и она быстро сморгнула.
Маю поднял кисть ладонью вверх:
– Вот видишь. Ты и вправду терзаешься чувством вины.
Безумные глаза, ранние морщинки вокруг век и гладкая кожа. Маю смотрел на её осунувшееся лицо, растрепанные короткие волосы, блестящие от обилия вылитого на них геля.
Она отпустила его рубашку.
– Ты не должен так говорить, – тихо пробормотала женщина. – Я так же тебе нужна. Но армия – это не выход. Ты можешь жить с нами, если захочешь… Я бы не хотела такого для тебя и мне, правда, жаль.
Саёри хмыкнул:
– Не переживай, для Эваллё расставание не будет таким тяжким, он займется спортом, как и намеревался, исполнится его мечта, он достигнет больших успехов, а ты будешь им гордиться. Разве это не счастье, видеть, что у дорогого человека всё хорошо, и он живет полноценной жизнью?
Маю так и не понял, кому предназначались эти слова, ему или Тахоми, но имя брата в устах этого человека прозвучало как жестокая насмешка и скрутило живот в неприятном спазме.
– Что вы, господин Провада, знаете о мечтах моего брата? – пробубнил себе под нос мальчик, подсматривая за щуплым японцем боковым зрением.
Провада приложил к шее галстук, накинул на голову петлю и подтянул узел.
– Надо позвонить Фрэе, – опомнилась Тахоми, от неё исходил едва уловимый аромат дорогих качественных духов и лака для волос… или геля, не важно. – Нужно предупредить её о соревнованиях. Возможно, у Моисея найдется свободная минутка посадить нашу девушку на самолет до Токио…
– Ах, он уже стал Моисеем… – мальчик распрямил спину.
– А разве его офис находится не здесь? – Саёри провел пальцами по щекам и подбородку, наверняка, помышляя о бритье, но Маю не мог не согласиться, что в последнее время этот человек стал выглядеть намного представительнее, в чем Маю ему даже завидовал. Наверное, тому что, не располагая завидной внешностью и врожденным обаянием, Саёри умудрялся загнать себя подороже. В самом деле, не могла же Фрэя польститься на дешевку, завернутую в заграничную обертку? По мнению Маю, так Моисей подходит ей куда больше.
– Ну, что скажешь, дорогой? Позвонишь своей сестре? – было видно, что Тахоми пытается как можно скорее отделаться от неприятного разговора.
– Да… я бы с радостью… я скучаю по ней, хотя мы не виделись каких-то пару дней. Без неё здесь не так оживленно, – не хотелось говорить всего этого при Саёри, этому человеку совсем необязательно знать, как он привязан к сестре и как ему на самом деле неуютно без неё. Отчасти тревога была вызвана еще и отсутствием Эваллё.
Оставив их вдвоем, Маю прошел в соседнюю комнату. С телефоном он не расставался ни на минуту, дожидаясь звонка от сестры или Янке, но пока что безрезультатно. Его так и распирало сорваться с места и вернуться в Нагасаки, словно там он оставил что-то очень ценное. Столько раз чесались руки первому набрать номер брата, столько раз он отказывался от этой затеи, столько раз переворачивался с боку на бок, пытаясь не думать о его бархатном голосе и ласковом шепоте. Мечтал, проснувшись, ощутить его теплое дыхание на своей щеке. Опустил взгляд на темно-синие джинсы, купленные по совету Тахоми и сейчас облегающие его худые ноги. Ему не понравилось, какой вульгарный у него вид со спины, и поэтому повязал вокруг пояса длинную цветастую рубашку, которую Фрэя эксплуатировала вместо халата. Что говорить, а чувство стиля Тахоми всё же удалось ему привить, хотя он до сих пор не понимал, зачем это нужно.
