На кровати Фрэя увидела ночнушку и халат с множеством ленточек и узелков, которые каким-то непостижимым образом должны на ней скрепляться. Приглядываясь к обновкам, она почувствовала неожиданно нахлынувшую сонливость, забравшись на постель, вдохнула запах свежего постельного белья, новенького хлопка. Во рту пересохло, голова гудела, а глаза слипались; завтра настанет новый день и привнесет в её жизнь новые кошмары, сновидения по сравнению с этими кошмарами – сущая безделица. В ночных кошмарах, по крайней мере, можно немного передохнуть. Там она будет свободна, одолеет всех своих недругов, продолжит борьбу. Прижав кулак к холодному лбу, провалилась в мельтешащий запутанный сон.
========== Глава II. Идеальная душа ==========
Монстр готов отнять жизнь, сжечь сокровища короны вместе с телами, а самое главное сокровище спрятать там, где его никогда не найдут… Но, возможно, убийца и вор хотел совершить хороший поступок? Избавить несчастных короля и королеву от страданий любви, мук обладания, бремени правления. По замыслам убийцы, быть может, они должны благодарить за оказанную им услугу. Быть может, убийца хотел, чтобы его помнили. Хотел показать им свою преданность, отличиться перед своими господами, поэтому и пошел на это преступление. Теперь они вовек его не забудут. И он благодарен им за эту ненависть, они всё еще помнят о нем, вспоминают изредка, когда солнце отправляется отдыхать в тени облаков и высшие небеса озаряются светом, тогда они, быть может, думают о щедром убийце, даровавшем им вечный покой. Теперь они вдали от резни, вдали от огня и боли, вдали от скорби, разложения. Теперь они не подвержены болезням отчаяния и страха. И убийца будет помнить о них, он будет думать о них, чтобы не забывать об их величии. И, возможно, в один из дней небеса разразятся слезами, и король с королевой решат отомстить убийце, отправят за ним солдат… Погибнув, он присягнет им в верности. Возможно, об этом мечтает убийца. Иногда у висельников и убийц случаются плохие дни, иногда и висельники, и убийцы совершают поступки, о которых потом сожалеют, иногда в их головах мелькают вспышки безрассудства. А, может быть, убийца позавидовал смертным королю и королеве? Позавидовал тому, что они были друг у друга, воспылал завистью к их сокровищам, к тому, что они могли любить друг друга до смерти – а кто знает? – и после неё. Позавидовал их чувствам: разве могло его сердце испытывать что-либо подобное? А, возможно, он просто устал… Убийца точно знает, где найдет свою смерть, только это и придает ему сил, он знает место и время, и всю жизнь движется вперед, стараясь успеть к условленному сроку, очередным убийством приближая долгожданный момент отмщения, чтобы, прибыв на место, больше никогда не покинуть его. Вероятно, убийца просто хотел покоя, покоя, который он мог даровать другим, но никогда не имел сам, потому что, стоило закрыть глаза, как внутри что-то просыпалось и начинало метаться, точно объятое огнем, причиняя тяжкие страдания. Убийца позавидовал смертности короля и королевы, обретшим покой от его рук, их уязвимости, и он просто не мог не преподнести им такой по истине щедрый подарок. А что если убийца горько сожалеет о содеянном? Что если он хочет повернуть время вспять и исправить чудовищное преступление? Даже монстр воет от боли, когда в его тело врезается чей-то клинок. Монстр страдает, потому что крестьяне считают его порождением зла, разув свои заволоченные страхом круглые глаза, они сочиняют небылицу про острые когти, про длинную шкуру, а после начинают верить собственным россказням, монстра проклинают и приписывают ему все самые страшные преступления, и вскоре уже сам монстр начинает думать, будто так оно и есть, и у него на самом деле отрастают шерсть и острые когти. Монстра изгоняют, и в одиночестве, наедине со своей болью, вдали от людей, он воет от боли, проклиная всех вокруг, и хотя в его жилах когда-то текла самая благородная кровь, он становится именно тем монстром, каким его привыкли видеть примитивные крестьяне.
Моисей никогда не говорил Химэко, при каких обстоятельствах погибли её родители. Он знал, что их убил монстр в обличие человека, которому Моисей стремится отомстить. Но маленькой принцессе совсем необязательно знать ни о его планах, ни о мотивах убийцы, благодаря которым монстр оставил её в живых. И чем больше Моисей об этом думал, тем сильнее ощущался горький вкус неосуществленной мести. Химэко была из древнего королевского рода – его последний представитель, его глава. Она прибыла с северного острова, затерянного в туманных озерах. По просьбе Моисея Лотайра позволил поселить Химэко в центральном здании дворца, самом укрепленном, где лучшая охрана. Кроме повелителя, самого Моисея, Химэко и Фрэи больше никому не дозволялось проживать здесь, для слуг и многочисленных поданных были отведены свои апартаменты в других частях дворца, многие имели дома в лесу.
