–«Ну, теперь посмотрим, что будет на следующий день, а то я все пять намазов, начиная с утра, буду портить». Толик рассмеялся. На следующий день «духи» перенесли свой обед. С того дня и крепость, и «духи» обедали одновременно.
–Так что ты там насчет штурмов говорил?– спросил Лева.
–Обычное дело. Правда, в атаку редко ходят, – ответил Толик и тут же засмеялся.
–Да, был туг один момент, – начал рассказывать Толя Попов. – Ночь. Тишина. Впереди, между виноградниками, поле метров 200 в глубину. Вдруг началось: «Алла, Алла, Аллах акбар, урагша». Все поле осветилось факелами. Это «духи» в психическую атаку пошли. Вот дураки. Обкурились что ли? Ну, врезали им со всех видов оружия, что имеется. Через 2-3 минуты ни «духов», ни факелов. Куда делись? Бойцы смеются. Нельзя же так наглеть. Хоть повежливее были бы что ли. А то поспать не дали.
Лева катался по кровати, держась за живот от хохота.
–Да, насмешили вас «духи».
БУДНИ
Сопровождение. Обычное дело. Батальон разъехался по позициям. Бойцы все в теплом. По утрам бывает прохладно, а днем – жара несусветная. Сады все голые от листьев. Пустыня есть пустыня, желтый цвет. Лева долго думал, где «точки» выставить. Определился: возле развалин кишлака, подходящего к бетонке и в гранатовом саду, подальше.
–«Нулевые», «ниточка» пошла, – раздалось в эфире.
Все, разумеется, ответили, что поняли. Выехал и Лева.
–«Нулевые», «ниточка» сошла с бетонки в пустыню. Можете возвращаться по своим местам. «08-му» сопровождать и заблокировать Нагаханский поворот, – приказал комбат.
–«08-й» понял.
Оказывается, по разведданным, на этом участке дороги "духи” заложили несколько фугасов. А колонна-то шла с авиабомбами. Рисковать не стоило.
–Водила, заводи, поехали.
–Куда, товарищ лейтенант?
–В сторону Синжарая. Мы что, не хозяева трассы? – сказал Лева. – У меня сегодня день рождения.
–Хоть повеселимся.
Взвод запрыгнул в машину. Поехали. Мог бы вернуться в крепость, но Лева не захотел. Он раньше решил все по-иному и решения менять не стал. Такой был Володя Ковалев. Цельный, стремительный, упорный в достижении цели, вплоть до упрямства.
Слева – пустыня, справа – «зеленка»: разрушенные домишки, сады, виноградники. А ведь кто-то раньше жил в них. Где эти люди? Куда ушли? Наверное, воюют против нас. Кто его знает? Вот разрушенный кишлак.
–Всем внимание. Левый борт, автоматы. Наводчик, пулемет налево, – приказал Лева. Он как будто чувствовал, что «духи» готовят засаду, Точно, так и есть. Только они не успели занять свою позицию. Как толпа баранов сгрудилась возле крайнего дома, два мотоцикла у них. Решают, где удобнее залечь. Туг вылетает Левин БТР.
–«Духи» возле домика.
–Огонь! – заорал Лева.
Шквал огня. Половина полегла сразу, остальные побежали в поле. Почему в поле? Могли бы юркнуть в развалины. Один даже успел мотоцикл завести и поехать, опять же по полю. Дальше били на выбор. Мотоциклиста – последним. Пехота быстро высадилась, залегла. Может быть. и другая группа уже ждет открыть огонь из развалины. Нет. Тишина.
– Забрать оружие, мотоциклы – и в БТР,– распорядился Лева.
Бойцы, что-то буйно обсуждая, забрав оружие, покатили мотоциклы. Оружие у «духов* примерно такое же, как у нас: автоматы АКМ китайского производства, гранатометы РПГ-7, пистолеты различных марок. Правда, в этот раз попалась американская винтовка М – 16А4 последнего образца. Впоследствии стреляли из нее. Ничего особенного. Приклад и цевье из какого- то пластика, отдача сильная. По сравнению с нашим АКС-74 никуда не годится. Поехали в крепость.
В этот же день мотоциклы продали в Кишкинахуд за 60 000 афганей. Накупили провизии: барашка, фанты, кока-колы (в Союзе их еще не было), зелени, фруктов и прочее.
Андреев подошел к какому-то «бачонку», продававшему фанту, и спрашивает: «Чан Пайса як дан фанта?»
Тот отвечает чисто по-русски, без акцента: «Здесь или с собою?»
Андреев сначала не понял, на каком языке говорит мальчишка, гак как рассчитывал услышать речь на фарси. Когда до него дошло – аж челюсть отвисла.
–«С собой», – ответил лейтенант. Да! Вот и приехали. Дети афганцев чисто по-русски говорят. Да что сказать, у мальчишки глаза голубые. Кто ж его отец? Как в кино, право слово.
Справили день рождения, как обычно, как все дни рождения и праздники. Выпили, поели, попели песни под гитару, потом без гитары. Любимую песню Левы спели: «Черный ворон, что ты вьешься над моею головой». Она же любимая песня В.И.Чапаева. Русские всегда так. Хотя русский – это ведь только национальность. Там все они были шурави, товарищи, готовые отдать жизнь друг за друга. Всем это известно. Друг – это тот, который за тебя своей жизни не пожалеет. Не зря говорит пословица: «Друзья познаются в беде». А на войне быстро все познается, буквально за одну минуту – можно ли на тебя положиться.
