— Итадакимас! — По-привычке громко прочитав молитву, юноша взял в руки вилку, не без досады отмечая, что почти никогда не пользовался европейским столовым прибором. Палочки держать было в разы удобнее, а позориться перед всё подмечающим предком не хотелось. И всё-таки выбора как такового у него не было, а есть хотелось очень даже, учитывая, что за предыдущие сутки он почти ничего не держал во рту — попросту не было аппетита. Захватив вилкой первый кусок омлета, Кёя вспомнил, что к нему вроде как обратились и поспешил ответить.
— Неа. Я не уверен, что это вообще нужно. — Кусок жёлтой пушистой массы с проглядывавшейся местами сосиской исчез во рту юноши и был быстро проглочен: — моего комитета тут нет, да и не такая уж это значимая дата, чтобы отмечать.
Клайд на слова подростка промолчал, понимая, что они не были лишены смысла. В одиночку особо не попразднуешь, а в далёкой от Родины Франции у юного хранителя Вонголы совсем не было знакомых. Только наследник клана Каваллоне в Италии, но отношения этих двоих сложно было охарактеризовать как дружеские. Скорее, это были два упёртых барана, не желавших уступать один одному. Только Дино был более дружелюбным.
Про себя вздохнув, детектив задумчиво посмотрел на своего наследника и отвернулся, стоило тому поднять на него глаза.
— В любом случае, не сиди дома трутнем. Сходи на улицу, развейся; погода сегодня прекрасная, может что интересное найдёшь. — Заручившись вялым кивком со стороны Хибари, Алауди бросил на него странный взгляд и исчез в пламени облака, оставляя подростка наедине со своими мыслями.
***
Погода действительно была чудесной, несмотря на периодически возникающий ветер. Кёя закрыл дверь внутрь дома и сунул ключ в походную сумку, не особо доверяя своим карманам. Телефон был отправлен туда же по самой банальной из причин — наушники записались в предатели, полностью оторвавшись от штекера. Сидеть запертым в четырёх стенах, когда была возможность исследовать чужую страну, и вправду показалось Хибари странным, поэтому спустя час после завтрака юноша переоделся в лёгкую футболку и шорты, решив прогуляться по окрестностям. Намерения идти в самый центр пресловутого города у него не было — хотелось быть подальше от этого полчища народу.
Спрыгнув с третьей ступеньки крыльца, Кёя бросил мимолётный взгляд на окно, всё ещё сомневаясь, что оставлять форточку открытой было хорошей идеей. В родном Намимори к нему в дом не сунулся бы даже самый заядлый алкаш или наркоман (если таковые вообще водились), — но здесь, будучи в совершенно другой стране с другими порядками и менталитетом Хибари не был так уверен. Конечно, дом Алауди находился под особым наблюдением CEDEF и организация вряд ли бы позволила недоброжелателям проникнуть внутрь, но… Помотав головой в лёгком раздражении, юноша хлопнул себя по щекам и продолжил свой путь к калитке: чего он вдруг заботится о таких мелочах?
От дома Алауди вела к небольшой роще протоптанная народом тропа, по которой Кёя и решил пройтись развеяться. Заблудиться в незнакомой местности он не боялся — в крайнем случае, можно было отправить Хибёрда на разведку или призвать Алауди, — а оставаться в доме, где в любой момент мог появиться кто-то из CEDEF юноше не шибко хотелось. Во всяком случае, справить свой праздник он решил в гордом одиночестве.
Мобильник разразился режущей ухо трелью, извещая о входящем сообщении в Mixi¹ (спасибо автоматическим оповещениям по СМС).
«Ну что ещё?!» — Хибари нехотя выудил телефон из сумки, включая интернет и открывая Сеть. Помимо привычных уведомлений и поздравлений от теперь уже бывших подчинённых Кёя не без удивления уставился на три входящих от своих «коллег по Вонголе». Одно было от Савады, второе от Сасагавы и третье от… И-Пин?
«Хибари-сан, хочу поздравить Вас с Днём рождения и пожелать хорошо отдохнуть, много здоровья, терпенья, побольше улыбаться и с лёгкостью сдать все экзамены… Достойных противников и силы!
П.С. Возвращайтесь в Намимори и в школу (поскорее), мы все соскучились!
П.П.С. Пожалуйста, не убивайте меня за «силу»: это Реборн допечатал, а я считаю, что Вы и так о-о-очень сильный, честно! Без Вас мы не победили бы и в половине состязаний!
С уважением, Савада Тсунаёши.»
Смешок вырвался непроизвольно и так быстро, что Хибари даже не успел отдать себе в этом отчёта. Экзамены он точно не завалит, теперь это стало делом принципа — показать директору, на кого он замахнулся — а проигрывать Кёя не любил. Было в этом письме всё и сразу, что характеризовало Саваду Тсунаёши: уважение и страх, честность и открытость, дружелюбие и соучастие… Его «Босс» был в своём репертуаре и юноша даже позволил себе представить, как дрожали пальцы Савады, когда тот набирал текст и жал кнопку «Отправить». И всё-таки, несмотря на то, что без Реборна явно не обошлось и это травоядное само это признало, писал Савада совершенно точно искренне, а потому даже такое поздравление вызвало внутри что-то, чему подросток не сумел найти определения. Что-то хорошее.