За дверью обнаружился единственный человек в Килхух-глен, которого Макнейр опасался: мисс Муллен, отчаянно молодящаяся старая дева. Однажды он сдуру угостил её чаем – просто так, по-соседски. Мисс Муллен как бы между делом осмотрела дом и нашла, что его хозяин вполне способен составить её счастье. С того дня Макнейр выдерживал осаду, а бойкая мисс наведывалась к нему под самыми нелепыми предлогами.
- Доброе утречко, Уолден, милый, - улыбнулась мисс Муллен, поправляя свежеподкрашенные кудряшки. – Не разбудила?
- Нет. То есть, доброе утро, - буркнул Макнейр, стараясь не морщиться от удушающего парфюма. По его мнению, за использование духов «Гардения» в таких количествах надо было вешать на ближайшем дереве без суда и следствия. А мисс не подозревала о его кровожадных мыслях и щебетала как дрозд:
- О, эта страшная буря! Гром, молнии – ужас! Я так испугалась, так испугалась… А вы? – она подалась вперёд, словно пытаясь втиснуть в щель напудренное декольте. Макнейр не дрогнул и дверь удержал.
- Я, понимаете, во дворе убираюсь. После бури такой бар… беспорядок, - он выдал вежливую улыбку.
- Оу, так вы заняты, - разочарованно протянула мисс Муллен. - Что ж, не буду мешать. Но я ещё хотела попросить…
Окончание фразы Макнейр прослушал. Его отвлекло прикосновение к ноге, намеренное. Маленькая ладонь тронула внешнюю сторону икры, как раз над кромкой ботинка, нерешительно погладила, сжала, и Макнейр сразу вспомнил, что воздерживается даже не два, а два с половиной месяца.
- Уолден! Уолден, милый! – мисс Муллен сложила губы умильным бантиком. – Что с вами? У вас такое странное лицо.
Снизу долетел сдавленный смешок, и Макнейр изобразил приступ кашля, чтобы его заглушить.
- Вам нехорошо? – заволновалась мисс Муллен. – Заболели? Может, нужна помощь?
- Нет. Всё прекрасно, - процедил Макнейр. А невидимый Поттер добрался до чувствительной кожицы под коленкой. Круговое движение – мягко, подушечками пальцев, потом ногтями, несильно, но так… Вот засранец.
- Ну что? – требовательно спросила мисс Муллен.
- Что «что»?
- У вас есть сода?
- Сода? – тупо переспросил Макнейр.
- Для теста. Испеку маффины и обязательно угощу вас. Посидим за чаем, - мисс Муллен выдала соблазнительную (в её представлении) улыбку, - или за чем-нибудь покрепче.
- Я… - начал было Макнейр, но поперхнулся воздухом: рука поползла вверх по задней стороне бедра. – Я…
- Да-а? – ободряюще пропела мисс Муллен.
- Я не пеку!!! – рявкнул Макнейр и захлопнул дверь. Тут же открыл опять и пробормотал скороговоркой: - В деревне есть бакалея с содой и всем остальным, всего хорошего.
Мисс Муллен начала было что-то говорить, но Макнейр уже задвинул засов на двери. Он подхватил Поттера за шкирку, тряхнул и яростно прошипел:
- Теперь ведь не пожалею!
У того хватило наглости кивнуть. Макнейр повернулся и зашагал к дому с Поттером на буксире, практически таща его на себе.
В спальне было прохладно, но бледные солнечные лучи уже расчертили кровать косыми бликами. Поттер встал посреди комнаты и неуверенно глянул на Макнейра. Тот подошёл ближе. Ростом Поттер едва доходил ему до груди и смотрел куда-то подмышку. Макнейр положил руку на тёмноволосую макушку. Поттер не шелохнулся. Широкая ладонь прошлась по затылку, шее, напряжённой спине. Макнейр вдруг показался себе медведем, облапившим тонкое деревце, и убрал руку. Он начал сердиться. Неужели Поттер не может хоть немножко расслабиться? Не насиловать же его будут. Как-то всё по-дурацки. Но тут Поттер медленно стянул очки, положил их на тумбочку и поднял глаза, щурясь то ли от близорукости, то ли от солнца, и Макнейр понял, что не отпустит его. Даже если будет просить. Он подёргал его за футболку и подтолкнул к кровати. Поттер всё понял правильно: сбросил одежду и забрался на кровать. Макнейр не торопясь расшнуровал ботинки. Он решил пока не раздеваться, чтобы не испугать заранее своими размерами. Поттер сидел в любимой позе, подтянув колени к подбородку, и смотрел перед собой. Макнейр опустился рядом и подхватил его за подбородок, вынуждая открыть горло.
Пахло от Поттера страхом и немножко - возбуждением. Макнейр обвёл языком выступающий кадык, легонько сжал на нём зубы. В этом было больше от ритуала, нежели от сексуальной игры – древнего ритуала подчинения младшего зверя старшему, но Поттер выдохнул и подался назад. Макнейр пихнул его в плечо, укладывая на спину, и надавил на сведённые колени, заставляя вытянуть ноги. Он вылизывал подставленное горло, наслаждаясь терпким солоноватым вкусом непривычно гладкой кожи. Его рука широким хозяйским жестом огладила тощие ляжки, заставив еле видимые волоски встать дыбом, и пошла бродить по внутренней стороне бёдер. Пульс под его губами участился. Макнейр довольно усмехнулся, передвинул ладонь выше и сгрёб в горсть мошонку. Поттер слабо трепыхнулся, пискнул; в запястье Макнейру упёрлась налитая головка. Мальчишки, им мало надо. Хотя у него самого в этот раз стояк был каменный. Макнейр облизнулся и потянулся за палочкой.
