— Такой талантливый молодой человек, такой трудолюбивый, — продолжил он, — но мало того, что по какой-то причине всё время получает плохие оценки, так даже совершенно не может придумать какого-нибудь изощрённого колдовства, скатываясь до банальной пошлости!
— Но профессор… — попробовал вставить я.
— По вторникам в шесть вечера отдельные занятия у меня в кабинете! — рявкнул на меня Флитвик, надувшись и встав на цыпочки. — Я вас всех научу колдовать!
— Меня не надо, — быстро сказала профессор Макгоннал, делая шаг назад. — Но мистеру Поттеру по четвергам назначу в шесть дополнительный урок по трансфигурации. Тем более, что и оценки того требуют. Вы свободны, мистер Поттер.
— Но Минерва… — начал было Дамблдор.
— А мы пока обсудим всеразрушающую силу любви, — оборвала она его, подталкивая меня к выходу. — Идите же, мистер Поттер!
Чёрт, опять самое интересное без меня начинается! Выходя из зала, я вспомнил, что ещё когда Дамблдор меня поманил, я совершенно случайно оставил на столе одну из скрытых камер, повернув её в сторону преподавательского стола. Пока я размышлял, не стоит ли её забрать, ноги сами по себе уже как-то вынесли меня наружу и я, притворив дверь, со вздохом решил, что уж не судьба. Надеюсь, я не забыл её включить.
— Ну ты даёшь, — в очередной раз недовольно скривилась Дафна, отворачиваясь в другую сторону, когда Снейп, шурша мантией, опять прошёл мимо стола, за которым мы с ней сидели на “зельеварении”. — Не ожидала, что ты опустишься до подобного… Может, хотя бы объяснишь мне, за что ты его так?
— Пока не могу, — покачал я головой. — Я даже маме не сказал.
— Мне можно, — надулась она.
— Нет, нельзя, — отрезал я. — Не хватало ещё, чтобы вы втроём начали строить ему пакости и попались на этом.
— Ты хочешь сказать, что ты не попадёшься? — с сарказмом в голосе спросила она.
— Я уже попался, — признался я. — Но мне это вроде как сошло с рук, не считая отработки у Флитвика и Макгоннал по вторникам и четвергам…
— Фу, как неприлично! — осуждающе протянула Дафна, прикрывая глаза от вновь открывшейся сцены.
Снейп как раз навис над несчастным Невиллом, который втянул голову в плечи, стараясь казаться по возможности незаметным, а Рон в это время пристально вглядывался в выставленное напоказ седалище профессора, сморщив лоб и шевеля губами.
— Что это он? — с отвращением спросила Дафна.
— Читает, — небрежно ответил я. — У Снейпа весь зад в татуировках. На копчике написано “Слизерин навсегда!”. На левой ягодице изображён портрет Волдеморта в профиль — ещё до того, как он убился — и подпись “Слышишь?” На правой — женское лицо и подпись “Лили”.
Рон как раз закончил читать и озадаченно повернулся ко мне, одними губами раз за разом повторяя имя матери Поттера. Я махнул на него рукой и закинул в котёл следующий ингредиент.
— Какая гадость! — пробормотала Дафна. — Интересно, что будет, когда он наконец заметит?
— Он не заметит, — ответил я. — Ему эту дыру не видно ни так, ни в зеркало. На ощупь для него там просто ткань мантии и того, что под ней. Это лишь иллюзия прозрачности для сторонних наблюдателей.
— Колдовство, — покачала головой Дафна и тоже продолжила смешивать зелье.
— Кто этот Викэм? — спросил я через несколько минут.
Она оторвалась от своего занятия, оставила палочку в котле самостоятельно помешивать зелье и внимательно посмотрела на меня.
— Прощелыга, — спокойно сказала она.
— Может, добавишь ещё несколько штрихов в этот лаконичный портрет? — поинтересовался я.
— Может, и добавлю, — пожала она плечами. — С виду приятный молодой человек, обходительный и учтивый… У него проблема с азартными играми. Как и у его отца, впрочем.
Она замолкла, и я решил её подбодрить:
— И что?
— Отец Викэма недавно проигрался в пух и прах, так что всё, что у сына сейчас есть — это то, что на нём надето, — продолжила Дафна. — И палочка, конечно.
— И?.. — снова поторопил я её.
— И тут он встречает приятную девушку с богатым приданым, — только что не зевая ответила она.
Внутри меня всё вскипело. Мало того, что она отказалась от меня, так ещё и попалась на крючок проходимцу, которого кроме денег в ней ничто не интересует.
— И ты только мне об этом рассказываешь? — возмутился я.
— А Панси и так в курсе, — пояснила она.
— И что? — сказал я чуть громче, чем стоило, и ближайшие к нам одноклассники начали оборачиваться.
— И ничего, — пожала плечами Дафна, а потом вдруг продолжила злым шёпотом: — А чего ты хотел? Тебе всё принесли и выложили на блюдечке. Две — две!!! — для убедительности она выставила передо мной два пальца, — замечательные красивые невесты без вредных привычек, которые к тому же оказались настолько влюблёнными дурами, что согласились терпеть наличие соперницы… Так нет, нам это всё показалось скучным! Мы решили, что стоит слегка усложнить себе жизнь. Вот. Усложнили. Наслаждайся теперь. Страданий хотел? Так страдай! Главное — молча, поскольку у меня твои страдания уже в печёнках сидят.
