— Он мне рассказал, что у него только что умерла бабушка и оставила в наследство такой вот большой сундук, — продолжил Рон.
Я сжал зубы и склонил голову, чтобы он не видел моего лица.
“Ну, тупые!” — всё же не удержался я, но к счастью меня услышала только Флёр, которая в своей невидимости по крайней мере могла себя хлопнуть ладонью по лицу и покачать головой.
— Рон, — сказал я, по-прежнему пряча лицо. — Билл ведь брат тебе, правда?
— Ну да, — с недоумением в голосе ответил он.
— И папа, и мама у вас общие? — продолжил я.
— Конечно, — согласился он.
Крепкий орешек всё-таки попался. Издалека и не подступишься. Тут нужно бить прямой наводкой. Лучше — в упор!
— И бабушки тоже наверное одни и те же, — совсем тонко намекнул я.
— Конечно! — чуть ли не с возмущением подтвердил он. — Но к чему ты мне всё это говоришь?
Мерлин, дай мне сил! Где этот Волди со своими Круциатусами, когда он так нужен?!!
— А у тебя разве умирала бабушка только что? — спросил я.
— Это грубо, Гарри, — сообщил он. — Ты же знаешь, что мои бабушки умерли уже давно!..
Всё, сдаюсь! Может, когда-нибудь. Завтра или через неделю. Может быть, до него дойдёт. Трясущаяся от безмолвного смеха Флёр почти всем весом повисла на мне, поскольку ноги больше её не держали.
— Мы туда прибыли, а у дороги в кустах стоит сундук такой… — рассказывал Рон. — Такой большой и тяжёлый… Метра два длиной, не меньше! Ну, я его Левиосой поднял и к нему домой потащил… Гарри, у него в доме столько еды! — выпучил он глаза, но видать, я как-то не так на него посмотрел, поскольку он испуганно отпрянул и быстро проговорил: — Ты не подумай, я ничего не ел! — он задрал рубашку и показал мне “кубики” на животе. — Видал? Что я, дурак — ради двухнедельной пиццы от такого отказываться!
Флёр издала неопределённый звук, и я сделал вид, что закашлялся.
— Всё хорошо? — с тревогой посмотрел он на меня, и я кивнул. — Так вот, понимаешь, с тех пор Билла так никто и не видел! А Флёр… — на его лице застыло мечтательное выражение, а из уголка рта показалась капелька слюны.
— Хорошо, дружище, — сказал я, прочистив горло. — Найдём мы Билла. Я сегодня же туда отправлюсь и всё осмотрю!
— Спасибо, Гарри, — искренне поблагодарил он. — А то мама запрещает нам…
“Запрещает” — это не то слово! На каждый шорох в доме она выхватывает палочку, готовая уничтожить сотню Волдемортов одним-единственным Оркидиусом. И размахивает палочкой, норовя ткнуть кому-нибудь в глаз. Поэтому из дома дети — ни ногой. Хотя вот через камин может забраться практически кто угодно… Кроме Санты, конечно. Чудеса!
Я перехватил невидимую ладошку, зажимая в руке, и решительно направился в крысятник.
— Гарри, — тихо позвала меня несущаяся по пятам Флёр. — Что происходит? Куда ты меня тащишь?
— Под венец, конечно же, — хмыкнул я, останавливаясь у камина, и чуть было не бросил в камин волшебный порошок.
Флёр сзади хихикнула в кулачок, став свидетельницей моей ошибки. А и вправду, куда бы меня вынесла нелёгкая, попроси я каминную сеть доставить нас “под венец”? Нет, с такими вещами лучше не шутить! А то когда-нибудь и вправду жениться придётся…
— Особняк Малфоев, — тихо сказал я.
Так же быстро мы перенеслись к нам. Ещё после первого камина Флёр “проявилась”, и теперь изучающе на меня смотрела.
— Ну? — спросила она. — И где приглашённые? Где ритуальный жрец? Крёвать, наконец?
— Уж кроватей-то в этом доме!.. Найдём, где примоститься! — отмахнулся я, продолжая кусать губы, а потом взял её за плечи и развернул к себе. — Так вот, дорогая, мы дураки — потому, что не закинули в Арку припасов сразу, как только Сириус пропал!
Она побледнела и в ужасе закрыла рот ладошкой, сразу проследив весь ход моей мысли. На глаза ей навернулись слёзы.
— Не паниковать! — встряхнул я её. — Это ещё не всё!
— То есть, если бы… Он бы прёсто дождался у Арки? — пролепетала она.
— Я сказал — не паниковать! — повторил я, ещё немного её встряхнув. — Я ещё не закончил. Ты помнишь, что ещё я тебе сказал?
— Глядя на меня, ты пёдумал, что Сири не дурак, — сказала она.
— И? — спросил я. — И?!
Она закусила губу, а потом кивнула мне.
— Да, ты прав, — согласилась она. — Если он не дурак, то прёжде, чем отправиться на поиски пропитания, он дёлжен был оставить знак. Записку, гдё его искать.
— Именно! — воскликнул я и прижал её к себе. — Именно, дорогая! А мы там на карачках всё вокруг облазали — никакого знака не было! А что это значит?
— Нё знаю, — буркнула она откуда-то из-под плеча. — А ты?
— Я пока тоже не знаю, — откликнулся я. — Но что-то это да должно значить? А?
— Пусти мёня, — приказала она, я моментально разжал руки и принялся озадаченно на них смотреть.
