Да что тут жаловаться — процесс лишь выглядел так сложно и муторно. Настоящие проблемы — это разгребание завалов сожжённого города и вытаскивание из-под них миллионов трупов, как было бы, реши я пойти простым путём. Нет уж, лучше Магомет к горе, чем апокалипсис в Лондон… Мы погрузили наконец всё необходимое и отправились в точку рандеву. Час дороги — отличный шанс немного подремать. Чем там эти двое занимались в кузове, пока я спал рядом с водителем — вообще не моя проблема, даже несмотря на ужасную качку. Хотя судя по квадратным глазам доктора и санитаров, тоже разместившихся рядом с закреплённым на кровати Поттером, Репеллум сработал не до конца…
Закончив выгружаться, грузовик отъехал, и я, оставшись один, подал условный знак.
— Это Поттер? — проскрипел Волдеморт, неведомо откуда появившись на заброшенном кладбище, традиционно выбранном в качестве места встречи.
— Он самый, — кивнул я. — Только… Я знаю, что вы по человеческой душе вы лучший специалист…
— В нём нет души, Паркинсон, — отрубил Волдеморт. — Я примерно догадываюсь, где она, но достать оттуда не могу. Нужен якорь, Паркинсон, а он якорей не оставил!
Я тоже догадываюсь, где душа. Может, ей и вправду лучше там, с родителями?
— Ну, ладно, — вздохнул я. — Вы сможете не повредить?..
— Не учи Волдеморта Круциатусу, — проворчал он.
Даже пальцем не пошевелил, а шрам на лбу оригинала уже налился ядовитым, как у Авады Кедавра, зелёным светом, оторвался и всплыл над кожей, не оставив ни малейшего следа. Словно разросшийся и искорёженный светлячок, вместе со светом источающий тьму, он висел в воздухе прямо передо мной. Потом мигнул — и с размаха впечатался в грудь Волдеморту, который сразу продемонстрировал мне свой довольный оскал.
— Моя любимица уже вернула мне кубок, — сообщил он. — Теперь почти все в сборе.
— Кроме того, что был в вашем дневнике, — напомнил я.
— В дневнике Тома Риддла, — поправил он. — Да, к сожалению, тот кусочек пропал безвозвратно…
Он полоснул когтем по предплечью Поттера, и у меня в груди похолодело. Брызнула кровь, и Волдеморт сразу припал к длинному, сантиметров десять, разрезу всем ртом. Меня чуть не вывернуло, когда он, чавкая и давясь, сделал несколько глотков.
— Кровь врага! — торжествующе заухал он, отрываясь и длинным змеиным языком очищая кровь с лица.
Под его небрежно протянутой клешнёй рана тут же затянулась, а ещё через несколько секунд ничто не могло даже намекнуть на недавнюю трапезу. Волдеморт между тем порозовел, и рыло летучей мыши на его лице стало более походить на человеческий нос, к тому же немного вытянувшись в длину. Пальцы на клешнях слегка укоротились, по-прежнему оставаясь тонкими, но теперь немного обросли мясом. Когти уже выглядели почти как ногти, но лишь этак с полгода не стриженные. Он несколько секунд с необычным выражением нежности разглядывал кисть руки, поворачивая то одной стороной, то другой, потом почти по-человечески вздохнул и растворился в воздухе. Наложив на кровать Поттера и аппаратуру вокруг Репеллум, я пошёл искать грузовик.
Как выяснилось, на поверку Тёмный Лорд оказался низкопробным жуликом. Я-то ожидал, что он будет ночь не спать, выискивая способ, которым можно разрушить если не Чёрную Метку, то хотя бы ниточку, которая связывала его с каждым из её носителей — но нет! Я недооценил его лень и коварство. Оказывается, он начал исследования, ещё только когда в Новый Год понял, что Нарцисса делает то, что нужно мне, а не ему. Зачем он принялся за эти изыскания — никто объяснить не мог, но когда мы с ним другого дня договаривались, рецепт был готов, и первым делом, как мы ушли, он вытребовал у Нарциссы список волшебников и сразу провёл необходимый ритуал. Со всеми, кроме Беллатрикс и Нарциссы. При всём при том, он умудрился каким-то образом дотянуться до азкабанских сидельцев во главе с Малфоем. В общем, мой замечательный план того, как он в спешке, подгоняемый Обетом, ищет ночь напролёт решение проблемы, а потом лихорадочно проводит необходимые ритуалы, пошёл под откос. Волдеморт надул меня самым бессовестным образом. Будь он проклят!
