— Горыныч, — похлопал я ладонью Змея по спине, — рули к берегу, сейчас кормить будут.
— Кого это она зверушкой обозвала? — заворчала правая голова, едва мы удалились метров на пятьдесят от черепахи. — Это я зверушка, Федь? Может и ей башку откусить?
— Остынь, Горыныч, это она тебя так уважительно назвала. Дикие люди, морские, что ты от них хочешь?
— А, тогда ладно, — подумав, сказала голова. — А то мы в гневе страшен.
На берегу было хорошо, как-то тихо, мирно, спокойно. Песочек был тёплый, волны ласково шуршали, накатывая на берег, солнышко светило ярко, но не жарило, красота, одним словом.
— А что, Горыныч, останешься тут на зиму?
Три головы высоко поднялись на шеях и огляделись.
— Мне нравится, Федь, — пропищала левая. — Только пусто тут как-то. Ни зайчика, ни оленя, с голоду загнуться можно.
— Не боись, трёхглавый, — хмыкнул дед, — Федька сейчас договориться о пропитании.
— Ага, плывут, — правая голова вгляделась в морскую даль. — Три плота сразу. Наверное, нам покушать везут.
— Ты, Горыныч, хоть термическую обработку еды проведи, — посоветовал я. — Царица эта вроде ничего дамочка, уж по любому поумнее своего муженька будет, а все равно, вдруг потравить нас надумают.
— Ага, отравишь его, — проворчал дед. — Горыныч у нас кирпичи переварить может, да кислотой потом запить. А вот мы, внучек, точно есть ничего не будем, до дома потерпим.
На первой черепахе приплыла Морисента, только расположившись с удобствами в большом таком кресле. На коленях у нее сидел мальчуган лет шести-семи, наверное, и по молодости лет еще не такой уродливый, как остальные морские мужики, а сзади стояло с пяток придворных. А вот еще две черепахи везли покушать Горынычу. Ну, если не отравят, то скоро у нас опять будет боеспособный дракон.
— Господин, Кощей, — улыбнулась Морисента, — позвольте представить вам Морского царя Моришура Третьего. Моришурчик, поздоровайся с дядей Кощеем.
Я галантно подал царице руку, помогая выйти на берег, а потом протянул руку новоиспеченному царю:
— Здорово, Моришур! Предлагаю дружить царскими домами.
— Здравствуй дяденька Кощей, — мелкий протянул мне маленькую ладошку. — Дружить я люблю. А ты играть любишь?
— А то! Только сейчас редко удаётся — дела совсем одолели. А ты приезжай ко мне в гости, у меня бесенята классные Тишка да Гришка, только шустрые больно, зато веселые. И на Дизеле моём покатаешься, это скелет такой хороший.
— Мама, можно? — у мальчонки загорелись глазки. А что, нормальный пацан, вроде.
— Обязательно, — кивнула Морисента. — А пока поиграй тут в песочке, а мы с дядей Кощеем о делах поговорим.
Царь Моришур бросился нарезать круги вокруг Горыныча, возбужденно нюхающего воздух и не сводящего шести глаз с черепах с едой, а мы с царицей отошли в сторонку.
— Внучек, — шепнул дед, — я пройдусь по бережку тут недалече, паразитам своим ракушек да камешков пособираю в подарок. Зови ежели что.
Я кивнул и мы с царицей остались наедине.
— Дорогая царица Морисента, — я постарался, чтобы голос сквозь шлем звучал как можно мягче и приветливее. — Надеюсь, вы не в обиде за тот казус, который приключился с вашим супругом?
— Несчастный случай, — развела руками царица. — Никто не застрахован от природных катаклизмов.
— Я рад дорогая моя царственная сестра Морисента, что мы понимаем друг друга.
Её глаза вдруг зло блеснули и она перешла на шёпот:
— Большая скотина был мой покойный супруг, скажу я вам. Только и знал, что плясать под оркестр целыми днями в тронном зале, да валяться в иле с сиренами да русалками. От беспробудного пьянства уже пятнами пошёл. Меня совершенно позабросил, гад, да и за делами государственными перестал следить.
— Как это грустно, Ваше Величество, — посочувствовал я. — Но теперь, надо полагать, вы свободны и можете спокойно сами управлять вашим удивительным государством. Да и личную жизнь наладите.
Морисента кокетливо хихикнула и опустила глазки, а я повернул разговор на более важную для меня тему:
— Ваше Величество, однако же, позвольте мне вернуться к моему маленькому интересу, из-за которого у нас и произошел этот глупый конфликт.
Она сразу посерьёзнела:
— У нас неприятности, господин Кощей.
— Ну, я так и знал, — я разочарованно развёл руками. — Эх, Морисента, а я-то думал…
— Нет-нет, Ваше Величество, — заволновалась царица, — змеиная скульптура — ваша, это даже не обсуждается! Только мой покойный супруг, когда узнал о вашем повышенном интересе к этой безделушке, передал её на сохранение своим могучим союзникам. А я как регент не обладаю всей полнотой власти, так же как и мой сын, только уже по молодости лет. Юридический казус получился к моему великому сожалению.
— Дела… — я полез было пятернёй в затылок, но спохватился — не по-царски как-то. Да и шлем мешает. — Вам, дорогая моя Морисента я верю. Верю, что как разумная царствующая особа, мало того — мудрая и очаровательная дама, вы понимаете, что жить нам лучше в дружбе и союзе. Да только честно вам скажу, такая ситуация сложилась, что никак мне без этой безделушки возвращаться нельзя. Царский престиж, сохранение имиджа, ну вы меня понимаете, да?
