Эволюция верхних ставок налогов на доходы и наследство в США, Великобритании, Японии, Германии и Франции показана на рис. 10.11-10.12, , и из этого мы получаем первоначальное представление о масштабах потрясений. В 1900 году ставки, начисляемые на самые высокие доходы и самые большие состояния, везде были ниже 10 процентов; в 1920 году ставки составляли от 30 до 70 процентов на самые высокие доходы и от 10 до 40 процентов на самые большие состояния. Верхние ставки несколько снизились во время короткого затишья 1920-х годов, а затем снова выросли в 1930-х годах, особенно после избрания Рузвельта в 1932 году и начала реализации "Нового курса". В то время, когда четверть рабочей силы была безработной, а правительства нуждались в доходах для оплаты общественных работ и новой социальной политики, казалось очевидным, что наиболее привилегированные социальные категории должны платить больше, тем более что они так впечатляюще процветали в предыдущие десятилетия (особенно в "Ревущие двадцатые"), в то время как привели страну к кризису. В период с 1932 по 1980 год верхняя предельная ставка подоходного налога в США составляла в среднем 81 процент. За тот же период ставка, взимаемая с крупнейших состояний, составляла 75 процентов. В Великобритании, где Депрессия также привела к глубокой переоценке экономических и финансовых элит, ставки, применявшиеся в период 1932-1980 годов, составляли в среднем 89 процентов для самых высоких доходов и 72 процента для крупнейших состояний (рис. 10.11-10.12).
Во Франции, когда 15 июля 1914 года парламент наконец одобрил прогрессивный подоходный налог, верхняя ставка составляла всего 2 процента. Политическая и экономическая элита Третьей республики долгое время блокировала любые подобные реформы, которые они считали вредными и ненужными в такой якобы эгалитарной стране, как Франция, но не без доли лицемерия и недобросовестности (см. главу 4). Затем, во время войны, верхняя ставка была увеличена, впоследствии снова поднявшись до 50 процентов в 1920 году, 60 процентов в 1924 году и до 72 процентов в 1925 году. Особенно поразительно, что решающий закон от 25 июня 1920 года, повысивший ставку до 50 процентов, был принят так называемой Палатой голубых горизонтов (одной из самых правых палат за всю историю Республики) и большинством так называемого Национального блока, состоявшего в основном из депутатов, которые до Первой мировой войны яростно выступали против введения подоходного налога с верхней ставкой в 2 процента. Такой полный разворот депутатов в правую часть политического спектра был обусловлен, прежде всего, катастрофическим финансовым положением, вызванным войной. Несмотря на ритуальные речи на тему "Германия заплатит!", все признавали, что необходимо найти новые налоговые поступления. В то время, когда дефицит товаров и свободное использование печатного станка привели к росту инфляции до невиданного до войны уровня, когда рабочие еще не восстановили покупательную способность, которой они обладали в 1914 году, и когда несколько волн забастовок угрожали парализовать страну в мае и июне 1919 года, а затем снова весной 1920 года, политические пристрастия в конечном итоге не имели большого значения. Нужно было где-то найти деньги, и никто ни на секунду не предполагал, что высокооплачиваемых работников пощадят. Именно в этом взрывоопасном политическом и социальном контексте, отмеченном большевистской революцией 1917 года, которую поддерживала большая часть французского социалистического и рабочего движения, прогрессивный налог изменил свой характер.
Интерпретация: Верхняя предельная ставка, применяемая к самым высоким доходам, составляла в среднем 23 процента в США в 1900-1932 годах, 81 процент в 1932-1980 годах и 39 процентов в 1980-2018 годах. В эти же периоды максимальные ставки составляли 30, 89 и 46 процентов в Великобритании; 26, 68 и 53 процента в Японии; 18, 58 и 50 процентов в Германии; и 23, 60 и 57 процентов во Франции. Прогрессивное налогообложение достигло пика в середине века, особенно в США и Великобритании. Источники и серии: piketty.pse.ens.fr/ideology.
