Затем правительство Гладстона приняло Закон о земле Ирландии 1870 года, который усложнил выселение арендаторов и предоставил государственные кредиты арендаторам, желающим выкупить свои участки, а также компенсацию тем, кто был изгнан со своей земли после проведения улучшений (таких как дренаж или ирригация) - обычная жалоба фермеров-арендаторов во всех частях мира. Однако действовавшая в то время правовая система была чрезвычайно благоприятна для землевладельцев, поэтому эти меры практически не имели эффекта. Хозяевам оставалось только поднять арендную плату настолько, чтобы вынудить уйти всех проблемных арендаторов. Ни один суд или правительство того времени и не помышляли о том, чтобы вмешиваться в свободу договора. Пойти на большее означало бы риск накалить отношения между безземельными арендаторами и лендлордами не только в Ирландии, но и в Англии. Опасались, что это может привести к аналогичным требованиям в других секторах сельскохозяйственной экономики и к угрозам против прав собственности в целом, что поставило бы под угрозу владельцев недвижимости и фабрик. Если бы каждый, кто занимал собственность или работал с капиталом в той или иной форме, мог теперь потребовать стать его владельцем на основании того, что он делал это в течение достаточно длительного времени, общество могло бы просто разрушиться. В ирландских земельных дебатах мы слышим тот же аргумент, что и в спорах о корвеях и ложах во время Французской революции: а именно, что любая попытка поставить под сомнение легитимность существующих прав собственности грозит открыть ящик Пандоры; никто не может сказать, чем закончится последующий кризис и выйдет ли общество невредимым.
Ситуация в Ирландии становилась все более ожесточенной по мере распространения захвата земель и арендных забастовок. Затем, с расширением права голоса для членов парламента в 1880-х годах, мышление начало меняться, и страх как бы перешел в другой лагерь. Пока у власти в Лондоне находились тори, они продолжали безжалостно преследовать агитаторов, приняв, например, Закон о преступности 1891 года, который дал полиции дополнительные полномочия сверх тех, что уже были утверждены в 1881 году, арестовывать "террористов" и при необходимости отправлять их в тюрьму. Между тем, все заинтересованные стороны - тори, либералы и, прежде всего, сами помещики - начали понимать, что если ирландская земля не будет быстро перераспределена среди бедных фермеров-католиков законным и мирным путем, ситуация может быстро выйти из-под контроля, что в конечном итоге приведет к независимости Ирландии и полной экспроприации заочных помещиков.
В конечном счете, это привело к созданию Ирландского свободного государства в 1922 году, а затем Ирландской Республики в 1937 году после серии жестоких столкновений, следы которых видны и по сей день. Однако для наших целей интересно то, что реальная угроза независимости Ирландии вынудила британскую политическую систему в период 1880-1920 годов согласиться на проведение различных аграрных реформ и перераспределение земли в Ирландии, каждая из которых нанесла удар по господствующей идеологии собственничества. В частности, правительство решило выделять постепенно растущие суммы на помощь ирландским фермерам в покупке земли. В итоге правительство само контролировало перераспределение ирландских земель, но со значительной компенсацией для лендлордов, выплачиваемой из государственного казначейства. Закон для достижения этой цели, гораздо более амбициозный и лучше финансируемый, чем закон 1870 года, был принят в 1891 году. За ним последовал еще один закон о земле в 1903 году, который позволил бывшим арендаторам выкупить свои земли с помощью семидесятилетних кредитов по номинальной ставке 3 процента (в то время никто не предвидел грядущих приступов инфляции, которые на практике свели стоимость этих покупок практически к нулю); также была предусмотрена дополнительная помощь в виде государственных субсидий в размере 12 процентов от стоимости земли. В довершение всего в 1923 году был принят еще один закон, обязывающий оставшихся помещиков продать свою землю новому ирландскому правительству, которое, в свою очередь, продало ее арендаторам по низким ценам. Но, по некоторым оценкам, почти три четверти земли уже перешли из рук в руки до войны, отчасти благодаря законам 1870, 1891 и 1903 годов и, прежде всего, мобилизации самих ирландских фермеров.
