Следующие несколько секунд растянулись в бесконечность. Они стояли, затаив дыхание. Юли обеими руками зажала рот, а Риччи замедлила свой пульс.
Тварь потеряла интерес к куску улицы, где они затаились, и сосредоточилась на ближайшем фонарном столбе. Сначала она плюнула в него чем-то, похожим на облако густого тумана, который окутал столб, и тот потерял четкость, словно на картину капнули водой. Потом тварь высунула хоботок, присосалась к фонарю и поглотила его. Не расправила, не раскрошила, не начала жевать – фонаря просто мгновенно не стало, и Риччи даже засомневалось, был ли он вообще. Ее память откалывала шутки временами, но на этот раз Риччи ей поверила – фонарь существовал.
«Оно поглощает реальность», – подумала она, чувствуя, как в горле пересохло.
– Вы видели, что она сделала с фонарем? – изменившимся голосом спросила она.
– Каким фонарем? – спросил Стеф. Все четверо смотрели на нее с недоумением.
– Неважно, – буркнула Риччи.
Ей приходилось делать умственное усилие, чтобы поверить в то, что фонарь был, а она была Вернувшейся, к тому же видела повисшие провода и понимала, что на том место должен был быть фонарь.
– Не дайте ей плюнуть в вас, – распорядилась она, стараясь быть крайне убедительной.
Она не представляла, как объяснить грозящую им опасность, не выглядя ненормальной, но не могла позволить себе потерять кого-то из них.
«Тебе стоило бы уже смириться с этим», – заметил предательский голос в ее голове. – «Они гораздо уязвимее тебя. Рано или поздно ты все равно лишишься их. Одного за другим».
Риччи тряхнула головой, чтобы выбросить из нее слабовольные и глупые мысли.
«Но не сейчас», – сказала она себе.
Риччи сомкнула пальцы на рукояти, поморщилась от волны боли и потащила лезвие из ножен.
– Бегите к кораблю! – распорядилась она. – Я его отвлеку.
– Его задержу я! – заявил Берт, делая шаг вперед уже с мечом наизготовку. – Бегите к кораблю!
– Не изображайте героев! – выступил вперед Стеф, выхватывая пистолеты. – Отступайте!
– Не корчь из себя самоубийцу!
– Не прыгай выше головы!
– Вы не забыли, кто здесь капитан? – вмешалась Риччи. – Я приказываю вам отступить на корабль!
– Но вы ранены!
– Вам с ним не справиться!
– Это вам не справиться с ним! – возмутилась она. – Уходите немедленно!
– Мы подготовим корабль к отплытию, – вставил Мэл, отступая назад вместе с Юлианой. – Не задерживайтесь!
– И как мы попадем на корабль? – спросила нервно та. – Если вы не заметили, оно перегородило дорогу к морю.
– Найдем другую, – ответил ей он.
– Не думаю, что справиться с гигантской мухой будет сложно, – заявил Стеф.
– Подрубим ей лапы, – сказал Берт. – А когда она свалится, отсечем ей… где у мух жизненно важные органы?
– Потом разберемся, – бросила Риччи, покидая убежище.
Но судорога, сведшая ладонь, заставила ее пропустить офицеров вперед.
Берт нанес сокрушительный удар по передней ноге, но тварь даже не покачнулась, словно он бил по каменному столбу. Стеф выстрелил из обоих пистолетов прямо в брюхо – промахнуться было сложно, но тварь лишь повернула голову в их сторону.
Не дожидаясь, пока она выплюнет в них смертоносный туман, Риччи изо всех сил ударила по другой ноге – меч, превосходя ее ожидания, прошел через конечность, словно через сухое дерево. Она еще никогда так не радовалась чудесным свойствам своего оружия.
Можно было подрубить по очереди все ноги, но что, если этой мухе придет в голову взлететь? Требовался один удар, безжалостный и точный, и поскольку нанести его с ее положения не представлялось возможным, нужно было изменить положение.
«Взобраться повыше!»
Забыв о боли в ладонях, Риччи запрыгнула на мусорный бак, откуда перебралась на навес, ухватилась за наполовину оторванную вывеску, добралась до пожарной лестницы и отмахала три пролета на одном выдохе.
Насекомое водило головой, словно выбирая: преследовать ли ее команду или заняться сначала Риччи. Она лишила его выбора, перемахнув через перила с мечом наизготовку и обрушившись на чудовище всем весом и всей яростью.
Меч по рукоять вошел в то место, где голова причудливого существа соединялась с телом, и Риччи, не ослабляя хватки, вместе с мечом скользнула вниз, разделяя чудовище на две неравные части.
Рухнув на асфальт, она почувствовала острую боль в коленях, прошедшую через пару секунд.
Ей показалось, что в момент ее триумфа, меч стал, если не теплым, то, по крайней мере, не обжигающе холодным, как в последнее время. Но это ощущение быстро пропало – словно огонек спички под проливным дождем.
Негнущимися и дрожащими пальцами она убрала меч в ножны.
Но другое омрачало мгновение победы несравненно больше – осознание того, что в окружающем их тумане может прятаться орда существ, подобных только что уничтоженному, и она не сможет одолеть сразу нескольких.
«Мне не справиться в одиночку», – билось в ее голове. – «Но здесь некому придти мне на помощь».
У нее даже мелькнула мысль вернуться в их прежний мир, но они прикончили больше половины припасов.
