«Ты всегда можешь оставить их в любом мире, что сочтешь безопасным, и отправиться в Экон одна», – предложил ей внутренний голос, циничный выкидыш подсознания. – «Так будет легче для тебя… и лучше для них».
В его идее было разумное зерно, но при одной мысли о том, чтобы оставить команду – пусть и не навечно – ее грудную клетку как цепью сдавило.
Она теснее прижалась к Юли, словно внезапно замерзла – ее теплый запах с легкой примесью цветочных духов успокаивал и возвращал в реальность.
Риччи должна была признать, что не готова расстаться с командой, даже если речь зайдет о жизни и смерти. И это может стоить жизней им всем.
Но мысли об этом она также отложила на будущее.
***
Риччи старалась всегда подменить кого-то, чувствующего себя плохо, даже если это делало ее график неудобным и перегруженным. К счастью обычно дежурство на «Барракуде» не требовало больших усилий. Правило «два человека наверху» она ввела для подстраховки новичков.
Но даже Риччи, которая легко не спала по трое суток, требовалось отдыхать, поэтому она была недовольна, когда Берт разбудил ее через два часа после окончания ее дневной вахты.
– Простите, капитан, – он выглядел виноватым, но непреклонным. – Капитан Гиньо хочет видеть вас на палубе.
Что одновременно восхищало и раздражало Риччи в Арни – это то, с какой легкостью та завоевала авторитет среди команды. Они не считали ее выше Риччи, но когда она говорила, больше никто, кроме Мэла, не смотрел на Риччи, чтобы получить невербальное подтверждение: «выполнять».
Можно было считать это признаком того, что у них хорошо получается работать вместе, но Риччи все чаще вспоминала слова, сказанные ей когда-то капитаном Мэри-Энн – единственным человеком, имеющим право отдавать ей приказы: «Корабль, на котором два капитана, может двигаться лишь в одном направлении – на дно».
– Что на этот раз? – спросила Риччи, натягивая куртку, сапоги и перевязь. Она старалась носить меч пореже, но и не оставлять его без присмотра. – Дельфины? Плавучий мусор? НЛО? Свидание?
– Капитан Гиньо сказала, что видит впереди огни, – ответил Фареска, игнорируя шутку. – Но я ничего не увидел.
Это не было поводом задуматься о трезвости Арни. Риччи знала, что увидит огни по курсу раньше, чем кто-либо из команды. И поэтому она не стала затягивать с появлением на палубе.
***
На камбузе ей пришлось переступить через Ким, спящую на полу – та в очередной раз проиграла в карты. Даже с двумя не спящими дежурными спальных мест не хватало.
Риччи кивнула Берту на свою постель. Чем бы ни являлись эти огни, она подозревала, что не освободится быстро.
Палубу не освещал ни один огонек для экономии батарей они не зажигали ни бортовых, ни сигнальных. Гиньо стояла у фальшборта, вцепившись в перила и уставившись в далекую точку за бортом. Казалось, она застыла в этой позе с той секунды, как обнаружила объект наблюдения. Риччи навела подзорную трубу на него.
– Ты тоже их видишь? – спросила Арни, не спрашивая.
– Вижу, – кивнула Риччи, пытаясь скрыть охватившую ее тревогу. – И это не НЛО. Это большой корабль!
И он шел поперек их курса.
– А мы у него уже на радарах, – заметила Арни. – И если сейчас мы сменим курс, то станем подозрительны.
– Значит, мы не меняем курс.
– Но что мы будем делать, когда он приблизится? – поинтересовалась Гиньо, словно их безопасность была не ее ответственностью. – На нем, наверняка, полно людей и оружия.
– А у нас есть мы, – ответила Риччи. Что еще она могла ответить? – Знаешь, против меня когда-то выступал целый флот.
Она не стала уточнять, что не вступала в прямое противостояние с ним.
– Ты сможешь при необходимости взорвать корабль? – спросила Арни напрямик.
– Если будет необходимо, – сухо ответила Риччи. – И это не моя вахта, так что… разбуди меня, когда они увидят наши кормовые огни.
– И как я узнаю, что они видят наши огни? – спросила Арни, убедившись, что напарница продолжает изображать сон.
– Ты это узнаешь, – хмыкнула Риччи.
Она опустилась на палубу у канатного ящика и прикрыла глаза. Уснуть ей, конечно, под цоканье каблуков нервно вышагивающей взад-вперед Арни не удалось бы, но и напрягать глаза зря она не собиралась.
***
Сквозь густой туман, собравшийся к утру, рассмотреть очертания корабля – не авианосца, но весьма крупного – могли глаза лишь ее и Гиньо. Остальные, узнав о корабле и постояв на палубе, впустую вглядываясь в плотную мутную пелену, вернулись к завтраку и другим делам.
– Они нас видят! – констатировала Арни. – И они не собираются проплывать мимо.
– Я надеялась на это, – призналась Риччи.
– Так не могла бы ты что-нибудь сделать? – спросила Гиньо, едва не сорвавшись на крик на последнем слове.
– Я уже делаю. Сейчас почти двенадцать часов, а туман ведь так и не рассеялся, верно?
– Это не слишком поможет, если они запустят в нас ракетой, – резонно заметила Арни.
– Ну, пока они всего лишь что-то орут в громкоговоритель. А мы можем делать вид, что не слышим их, и вообще заблудились… Кстати, ты не понимаешь случайно, что именно они кричат?
– Понятия не имею, – пожала плечами Арни. – Но подозреваю, что речь о нарушении границ.
