Но Томпсона нельзя было так просто отвлечь от того, что ему приглянулось, будь это заколка, шляпа, человек или конь.
– Ну, разве он не прекрасен? – показательно вздохнул Стеф. – Разве вы не хотите разъезжать на таком?
– Нет, я предпочту вон того милашку пегого, – ответила Риччи, не поддаваясь.
– Уверен, что вы способны подчинить вожака.
– Возможно, – кивнула Риччи. – Но он все равно останется строптивым, верно?
– Верно, – кивнул Хайт. – Даже Арни не захотела связываться с ним, а она обожает эффектные вещи.
– Но такой опытный наездник, как ты, ведь совладает с ним? – спросил Стеф, улыбаясь и облокачиваясь на изгородь.
«Дешевый трюк», – мысленно фыркнула Риччи. – «Он не купит Хайта на такую дешевую уловку. Тому уже сто с лишним лет, чего он не видел?».
– Разумеется, – ответил Льюис, приосанившись.
– Всю жизнь мечтал о таком скакуне, – сказал Томпсон, ловя чужой взгляд. – Сделаешь это для меня?
Еще несколько секунд Риччи пребывала в уверенности, что Хайт откажется. Не станет ради милой улыбки утруждать себя дополнительной нелегкой работой.
– Хорошо, – кивнул тот. – Только потому, что ты будешь чудесно на нем смотреться.
– Я тебе невероятно благодарен! Лью, ты чудесный человек, дружище!
Хайт улыбнулся, и в изгибе его губ Риччи почудилось нечто хищное.
«Этот идиот Стеф даже не спросил меня, хочу ли я подставляться под копыта альбиноса?», – подумала Риччи раздосадовано.
Краем глаза она заметила, как напрягся Берт.
– Это ничего не значит, – шепнула она успокаивающе.
– Ничего, – согласился тот. – Просто Томпсон всегда получает то, что хочет, – добавил он с еле заметной горечью.
– Ну, он хочет всего лишь белого коня, – выжала улыбку Риччи. – А чего бы не хотел Хайт, он этого не получит.
«Я прослежу за этим».
Она посмотрела на Стефа и Льюиса, которые все еще обменивались репликами о лошадях. Она привыкла к тому, что Юли получает бонусы «за красивые глаза», и к вниманию всех существ женского пола к Стефу, но ей еще не доводилось видеть, как за хлопанье ресницами Томпсон получает что-то от мужчины.
Ей не стоило придавать этому эпизоду большего значения, чем он имел, но она невольно задумалась, сильно ли отличается это умение от ее способностей. И почувствовала себя виноватой – это было уже опасно близко от перекладывания на Стефа ответственности за ее чувства и оправданию самых бесчестных средств ради достижения цели.
========== Живым или мертвым ==========
– Ты не собираешься идти на патрулирование? – спросила Риччи у Арни, не показывающей ни малейших признаков готовности к работе. Она растянулась возле костра так свободно и вольготно, словно лежала не на потертой циновке в грязном лагере на краю мира, а нежилась у бассейна пятизвездочного отеля.
Риччи не могла расслабиться нигде в поселке.
– Зачем? – хмыкнула Гиньо. – Я могу заставить начальника охраны просто «вспомнить», что я была на патрулировании. – Хочешь, он и тебя вспомнит?
– Это не слишком честно, – буркнула Риччи. – Другие дежурят.
И если бы она раньше узнала, то по-другому бы распределила пары. Не имело смысла оставаться с Гиньо вместо патрулирования со Стефом.
– Таскаться ночью с ружьем утомительно, – зевнула Арни. – И еще скучнее, чем торчать ночью на палубе.
«Может быть… Ночь, темнота, луна, пустыня», – Риччи вздохнула. Она ни на секунду не сомневалась, что Стеф и Берт вернутся с объезда на полчаса позже, чем требуется для того, чтобы преодолеть выделенный им маршрут.
– Хватит и того, что я отправлю этих двоих идиотов, – Гиньо махнула в сторону Ким и Льюиса.
– Но ты написала в расчетный лист восемь имен.
И если насчет нее и Ким вопросы едва ли возникли, то появление в списке «Юлиана» и «Арнольда» Риччи могла объяснить лишь потрясающим действием дара Гиньо.
– И ты не боишься оставить лагерь без защиты? – добавила она. – Все ждут нападения дикарей.
Она содрогалась при мысли о том, что кто-то из ее команды окажется на линии огня, а ее не будет рядом.
– Вот именно, – хмыкнула Арни. – Все ждут. Он не станет нападать, он же не идиот.
Риччи не знала Эндрю Лефницки, поэтому не была так уверена.
– Может и так, – сказала она. – Но только встать на сторону дикарей в этой войне не кажется мне умным поступком. Почему он на стороне индейцев?
– Откуда я знаю, что взбрело в его голову?
– Можно много интересного придумать, когда попадаешь на дикий запад, но вместе с индейцами нападать на поселенцев? Это сомнительная стратегия выживания.
– Он и при жизни не отличался умом, – фыркнула Гиньо, противореча себе. – После смерти совсем свихнулся. Он собрался выиграть в войне против всего мира.
– У него же не получится! Даже с его помощью индейцы…
– Да, у него не получится. Потому что я буду править всем этим миром.
Риччи решила пропустить последнюю фразу мимо сознания.
– Тогда о чем он думает?
– В нем есть немного индейской крови, – сказал молчащий до сих пор Льюис. – Никогда не замечали? По разрезу глаз видно. Одна восьмая.
– Будь ее больше, он был бы вовсе ни на что не годен, – хмыкнула Арни. – Как и все индейцы.
– Но для льготы на обучение достаточно, – вставил Льюис.
