Они уходили все дальше от центральной площади, плутали закоулками и утыкались в тупики, пытаясь отыскать дом, достаточно большой для них пятерых и достаточно маленький, чтобы не пришлось переплачивать, пригодный для жизни и подальше от Арсенала и Грейвинда. Но на всех кажущихся им подходящими зданиях яркой свежей краской уже значилось чье-то имя.
Они миновали аптеку с крупной вывеской, изображающей змею с рюмкой, и едва не прошли мимо следующего дома, стиснутого между двумя более крупными – и заселенными – зданиями. Что-то словно толкнуло Риччи, и она замерла.
Домик крошечный, словно пристройка, и совсем неказистый – просто коробка в два этажа с двумя окнами по фасаду. Но это был отдельный дом, и на заборе перед ним не значилось ни единой буквы.
– Взгляните, – обронила она.
– Милый домик, – отметила Юли.
– Не слишком велик, – нахмурился Стеф.
– Прямо как наша «Барракуда», – улыбнулся Берт.
Риччи кивнула, ей этот дом тоже напомнил их корабль – такой же неприметный и скромный по сравнению с большинством представителей своего рода. Но он напоминал ей не только «Барракуду», но и что-то еще. Какой-то образ из ее снов-воспоминаний, и от этого на душе делалось и тепло, и тревожно.
– Посмотрим, что внутри прежде, чем объявлять его своим, – распорядилась она.
Она и без осмотра знала его внутреннюю планировку – гараж на одну машину, прихожая, гостиная, кухня – вот и весь первый этаж, и пространства там будет не больше, чем в их кают-компании и камбузе на «Барракуде». Наверху четыре небольших комнаты и крошечная ванная. Как будто она проплавала на таком корабле… то есть прожила в таком доме много лет.
«Но это ведь не может быть мой дом?» – спрашивала она себя, пока Стеф взламывал замок.
От внутренней обстановки, которой когда-то обзавелась среднего достатка семья, разумеется, не осталось ни следа. Дом выглядел так, словно пережил наводнение и набег мародеров, а потом стал прибежищем для стаи голодных обезьян.
Они обошли его, держа оружие наготове, комнату за комнатой, но помимо разрухи и запустенья не обнаружили ничего подозрительного. За исключением большого пятна цвета ржавчины в последней из комнат, перед которым Риччи в оцепенении замерла на несколько мгновений.
«Будь это не сон… будь это дом из сна… крови было бы гораздо больше», – сообразила она и отмерла.
– Кажется, предыдущему хозяину не слишком повезло, – сказала Риччи, – но я предлагаю поселиться здесь.
Они потратили уже значительную часть дня на поиск всего одного приемлемого варианта, и скоро ее команда начнет падать с ног.
– Ну, ничего лучше мы не видели, – пожал плечами Стеф. – Разве что выселить кого-нибудь.
– Здесь места не меньше, чем на «Барракуде», – сказал довольно Берт. – Мы все поместимся.
– Вы можете занять самую большую комнату, – поддержала его Юли, уже должно быть прикидывающая, занавески какого цвета она повесит в гостиной. – На тот случай, если Эндрю…
– Эндрю будет жить в казармах, – напомнила Риччи с ноткой прохлады в голосе. – А если ему там не понравится, пусть найдет себе жилье сам, добавила она, давая понять, что тема исчерпана.
Вот только она прекрасно понимала, что Эндрю – и Вэл – никуда не пропадут из их жизни. А ее команда все еще не знала кое-чего важного.
– Мне надо рассказать вам кое-что об Эндрю, – сказала Риччи, сбросив сапоги и сумку.
***
– Итак, – Риччи предчувствовала, что разговор будет нелегким, но честность – и чувство самосохранения – предписывали ей поставить друзей в известность касательно странных вещей, имеющих к ним отношение. – Есть два человека: Эндрю Лефницки и Вэл. И у них одно тело.
Ее друзья не знали понятия «раздвоение личности», так что ей не требовалось разъяснять разницу между психическим расстройством и последствием общения с магическим предметом.
– Вэл – этот тот, кто умеет драться на мечах? – уточнил Берт, вспомнив их старый разговор в лесу. – Как ты и говорила, с ним кое-что не так.
– Кто такой этот Вэл? – спросила Юли, отреагировав на мужское имя, и задав самый важный вопрос в их ситуации.
– Я знаю, кто он, исключительно с его слов, – сказала Риччи. – Он сказал, что был великим правителем великого народа. Судя по его замашкам, он действительно кем-то когда-то командовал. И, как вы видели, драться он умеет.
– Маловато для великого лидера, – заметил Стеф.
– Я не могу спросить у него верительных грамот, – ответила Риччи. – И у него было не слишком много возможностей проявить себя.
– И кто из них тебе больше нравится? – спросила Юли.
Совершенно пустой девчачий вопрос. И при этом бьющий в самую точку.
– Это не слишком важно в нашем случае, – сказал ей Стеф.
– Не было бы важно, если бы мой выбор не влиял на то, кто из них останется в живых, – поправила его Риччи.
Она кратко объяснила суть конфликта, возникшего между двумя личностями, вынужденными делить одно тело. Полностью ожидаемого и предсказуемого конфликта, ставшего сюрпризом для Эндрю.
– Это какой-то новый вид пиратства – захватывать чужие тела, – сказал Мэл, выслушав ее рассказ, избавленный от терминов и современных понятий.
