– Вам принесли приглашение от губернатора де Льи, капитан! – пропела она, размахивая белым конвертом. – На ужин в честь мистера Бехельфа.
– Кто это такой, черт возьми? – хриплым со сна голосом поинтересовалась Риччи, протирая глаза.
– Очень богатый джентльмен, прибывший вчера из Европы, – ответил ей из коридора Стеф.
– Это его настоящее имя?
– Вряд ли, – хмыкнул тот. – Похоже на псевдоним, который, на мой взгляд, отдает дешевой театральщиной.
– Что вы думаете, капитан? – нетерпеливо спросила Юлиана. – Мы пойдем?
– Конечно, пойдем! Почему бы и не пойти, если предвидится бесплатная жратва… А что приглашение не только на меня?
– Оно на «капитана Рейнер и ее офицеров».
– Значит, вчетвером и пойдем.
– Оставим Мэла?
– У него нет приличного костюма. К тому же надо уметь вести себя за столом.
– Да половина собравшегося там сброда не умеет пользоваться ножом и вилкой! – вставил Стеф.
– Ожидается много народа? – спросила Риччи.
«Должно быть приглашены капитаны всех кораблей, оказавшихся в гавани», – ответила она себе.
– Капитан Айриш с офицерами, капитан Броуди… и еще несколько известных капитанов. И мы.
– Это странно, – заметила Риччи. – То, что мы попали в этот список.
– Может, вы понравились губернатору де Льи? – хихикнула Юлиана.
Но Риччи было не до ее чувства юмора. Внутренний флюгер показывал ей, что ветер переменился.
***
– Губернаторский прием – замечательное событие, – восхищалась Юлиана, копаясь в вещах. – Наконец-то, у меня появился повод надеть новое платье! А ты в чем пойдешь, Риччи?
– Это не выставка нарядов, так что я не собираюсь наряжаться.
– Но ведь там будет много людей! На которых вы должны произвести впечатление!
– Пожалуй, ты права, – согласилась Риччи, оглядев себя. – Мне нужно кое-что прикупить.
– Пойти с тобой?
– Не стоит. Я слышала, Стеф собирается идти за костюмом. Я пойду с ним.
– Ты хочешь, чтобы Стефи помог тебе выбрать платье?!
– Какое платье? Мне нужна рубашка и чулки. И, если удастся, какой-нибудь сюртук в аренду.
– Не думаю, что удастся найти ваш размер! – крикнул Томпсон из-за спины.
– Тогда придется пойти так. Этот костюм годится для абордажа, почему бы ему не сойти для приема?
– Почему ты не хочешь надеть платье? – удивилась Юлиана. – Ты бы очень мило в нем выглядела!
– Вот потому я и не собираюсь его одевать! Капитан пиратского корабля не должен выглядеть «мило».
– Капитан Уайтсноу носила платья.
Риччи никогда бы не смогла достигнуть того изящества и величественности, которыми обладала Уайтсноу, даже если бы достала платье от лучшего портного Европы. Никогда не носившая подобного Риччи скорее бы запуталась во всех этих юбках и оборках и грохнулась в самый неподходящий момент, а не покорила чье-то сердце.
– На прием к губернатору Тортуги она едва пошла бы в платье. Ты ведь понимаешь, что это будет сборище отъявленных головорезов? Если что-то случится, я не хочу погибнуть из-за того, что моя одежда мало подходит для боя, бега или плаванья.
– Тогда мне тоже надо надеть штаны? – расстроилась Юлиана. – Мне они идут куда меньше, чем тебе. Ты в них похожа на милого юношу.
«Да уж, Юлиану никто в здравом уме не примет за парня, даже если она наденет мужской костюм и подстрижется».
– Тебе не обязательно, – сказала она. – Я тоже сомневаюсь, что мне придется драться. Просто готовой к драке я чувствую себя спокойнее.
***
Приведя себя в настолько приличный, насколько возможно было с их ограничениями во времени и средствах, они к назначенному часу отправились в губернаторский дом.
От самых ворот до дверей особняка вела красная ковровая дорожка. Большой обеденный зал был полон людей, разодетых по меркам пиратского шика. Но их вкусы были ближе к чувству прекрасного Элис, а не капитана Мэри-Энн: яркие цвета, огромное количество драгоценностей, половина из которых, если не большая часть, являлась фальшивкой, и дорогие ткани в пятнах грязи, крови и масла.
«Юлиана зря боялась, что я буду выделяться», – подумала Риччи, которая с тремя перстнями на пальцах и кольцами в ушах выглядела весьма скромно по сравнению с другими гостями. – «Похоже, выделяться будет как раз она».
Она старательно высматривала в пестрой, гомонящей и мельтешащей толпе губернатора де Льи или капитана Айриша, и, наконец, увидела их вместе стоящих во главе стола, вместе с Эмилиу – одним из немногих, кто оделся без лишней мишуры, в колет темно-синего цвета – и еще одним человеком в дорогом светло-зеленом камзоле. По всей видимости, то и был мистер Бехельф, в честь которого было устроено собрание.
Он стоял к ней вполоборота через половину зала от нее, но одного взгляда на него хватило Риччи для того, чтобы внутри нее завыла тревожная сирена интуиции.
«Только не смотри ему в глаза», – сказала она себе.
Но ей надо было на что-то смотреть, поэтому она уставилась на Айриша так, словно была влюбленной в него шестиклассницей. Лишь бы не рассматривать его спутников.
