Подойдя к ней, он поклонился, заложив одну руку за спину, а вторую протянул ей. Риччи несколько долгих секунд не могла понять, что он хочет, пока не сообразила, что он приглашает ее на танец.
– Я не слишком хорошо… – начала она, дотрагиваясь до его руки. Его кожа показалась ей обжигающе горячей.
– Не страшно, – улыбнулся он. – Это совсем просто.
Танцевать некое подобие вальса оказалось действительно несложно, потому что Эмилиу умело двигался, а Риччи оставалось лишь подстраиваться под его движения.
Она тщательно считала шаги и следила за движениями, чтобы не думать о том, что горячий южный красавчик выбрал именно ее для танца. Может быть, даже не потому, что больше ему было некого пригласить.
– Я поговорил с Годфри о тебе. Он передал, что Панама будет проверкой, – сказал он вдруг, слегка наклоняясь к ней. – Если ты ее пройдешь, то на полных правах вступишь в морское братство. Тортуга – идеальное место для таких, как ты. Здесь почти нет светской власти, нет Церкви и никому ни до кого нет дела.
Сердце Риччи забилось в два раза чаще.
«Он знает, что я Вернувшаяся. Или не имеет понятия, и я неправильно толкую его слова. Или подозревает, и хочет проверить мою реакцию. Но если он знает, то знает и Айриш. Сколько еще народу в курсе? А если это всего лишь их подозрения, как нужно отреагировать? Отрицанием? Возмущением? Непониманием?»
Она выбрала нейтральный ответ.
– Я понимаю, – произнесла она. В случае чего, она сможет оправдаться тем, что поняла слова Эмилиу неправильно.
– Отлично, – улыбнулся он теплее обычного.
Но Риччи как раз увидела краем глаза сидящего у стены Айриша. В его взгляде не было ревности или ярости, но он смотрел так пристально и пронзительно, что из головы Риччи как ледяным ветром вымело все фривольные мысли.
Эмилиу отвел ее на место и поклонился, благодаря за танец, но Риччи едва слушала его, размышляя о том, каким образом могла раскрыть себя.
– Будете еще танцевать, капитан? – спросил ее Стеф.
– Нет, – покачала головой Риччи. – Мне не до танцев.
– Хороший выбор, капитан, не спорю, – сказал он, провожая взглядом Эмилиу. – Но, боюсь, ничего вам не обломится.
– Почему это? – поинтересовалась Риччи.
– Потому что место занято. Почему, как вы думаете, Айриш взял испанца на корабль?
– Потому что Эмилиу когда-то спас ему жизнь, – похвасталась своей осведомленностью Риччи. – Хотя его тогда, наверное, звали по-другому.
– И почему испанский священник спас жизнь английскому моряку? – Стефан выведывал секреты не хуже нее. – Посмотри на них. Женщине не место рядом с ними.
Риччи пронаблюдала, как Эмилиу садится рядом со своим капитаном, как с улыбкой говорит ему что-то, и как Годфри Айриш закидывает руку ему на плечо.
– А разве это не… – она замялась, подыскивая нужное слово.
– Церковь сожгла бы их обоих, если бы могла. Суд приговорил бы их к десятилетиям каторги. Но это Тортуга, здесь нет закона.
«Эмилиу сказал примерно то же. Так может он вовсе не подозревает, что я Вернувшаяся, и просто делает не те выводы из тех фактов, что я ношу брюки и командую людьми».
– Никогда бы не подумала, – солгала она. – Но, может, они просто друзья?
– Может, – согласился Стеф без особой убежденности. Он не хотел слишком разрушать ее картину мира, не представляя, какие вещи туда вписываются. – Если вы не хотите танцевать, то я пойду.
– Ты же сам сказал, что у дам уже все танцы вперед расписаны?
– Я не собираюсь ввязываться в дуэль, если ты об этом, – хмыкнул Стеф, повязывая платок на предплечье. – Просто во время танцев многие распускают язык.
Он поймал взгляд одного из капитанов, улыбнулся и через пару секунд уже кружился под музыку по залу. Риччи могла лишь завистливо вздохнуть.
– У него очень хорошо получается роль ведомого, – сказал Берт.
– Ты хочешь сделать ему комплимент или оскорбить?
Берт пожал плечами.
– В любом случае, – вздохнула Риччи, – мы отсюда не уйдем, пока танцы не кончатся.
– Вам не понравилось танцевать?
– У меня ужасно получалось, – хмыкнула Риччи. – Я отдавила Эмилиу все ноги, но он слишком вежлив, чтобы ругаться.
– У меня тоже плохо выходит, – признался Берт.
– Ну… надо же нам как-то провести время, – она толкнула его коленом. – Вставай и пригласи меня на танец. На все оставшиеся. Не хочу позориться перед кем-то еще.
– А как же правило двух танцев?
– Это же Тортуга! Здесь нет правил! Да и кто может заставить меня на тебе жениться?
Берт оказался не таким уж ужасным танцором, как она ожидала.
***
– Бехельф мне не нравится, – сказала Риччи, когда они возвращались темными закоулками Тортуги в таверну. – Он явно задумал что-то еще. Кроме Панамы. Кроме того, о чем он говорит.
– Фредерик? – удивилась Юлиана. – Но он такой красивый и обходительный! Настоящий лорд в изгнании!
Риччи даже не удивилась тому, что она успела познакомиться с Бехельфом.
– Он пытался нас убить! Та бутылка с вином была отравлена, я уверена. Почему, как вы думаете, я ее разбила?
– Я подумал, что у вас кривые руки, – признался Стеф. – Но разве вы не выпили из нее сами?
– Только попробовала. Вкус был отвратителен, кстати.
