— Что такое? — первой не выдержала Тоня.
— Ростислав Алексеевич не видел Игоря уже сутки и ничем не может нам помочь. Говорит, лис ночевал у друга.
Змей и филин переглянулись. Тоня стала нервно сжимать пальцы до хруста.
— А если это он? — хрусть. — Если это он ее увез? — хрусть. — Забрал телефон… — хр-р-русть. — Он ведь сильнее. — Хрусть. — Я не хочу в тюрьму.
Филин взял ее руки в свои, прекращая звуковую пытку.
— Причем тут тюрьма? — не понял он.
Совушка подняла на него страшно-серьезные глаза.
— Убью ведь, гада… если…
Она осеклась. Не хотела произносить вслух дурные мысли.
— Антонина, — рыкнул Владимир, приводя девушку в чувства. — Давай прекращай ерундить и звони этому своему.
— Кому? — не поняла совушка.
— Следователю, — устало выдохнул филин.
Тоня нахмурилась, все еще не понимая, зачем.
— Отследить телефон Игоря. Он ведь включен, — пояснил, наконец, Владимир.
— Точно! Ты гений!
Совушка просветлела лицом, встала на цыпочки, поцеловала филина в щеку и умчалась звонить на улицу.
— Что за следователь? — поинтересовался хмурый Аркадий.
— Да есть там один, — ответил Владимир и тоже нахмурился.
Еще около часа прошло в ожидании ответного звонка от Александра. Тоня старательно отгоняла от себя картины, нарисованные подозрениями и нервами в соавторстве, но все равно порядочно издергалась, время от времени срываясь и снова принимаясь хрустеть пальцами. Римме дергаться было некогда, ее ждали хвостики с постоянной звериной ипостасью, которым нужна была помощь сочувствующих рук. Поэтому она сбежала от раздражающего хруста к питомцам, попросив держать ее в курсе.
Когда смартфон, наконец, зазвонил, совушка едва не выронила его из дрогнувших рук. Разговор оказался коротким и закончился пылкими благодарностями:
— Спасибо, Саш. Огромное. Просто… Спасибо!
С каждым 'спасибо' Владимир становился все мрачнее.
— Ну что? — первым поинтересовался Аркадий, когда Тоня завершила вызов.
— Есть примерное местоположение, — выдохнула совушка. — Саша сказал, что объект может находиться в радиусе сотни метров от заданной точки.
— Адрес?
Тоня выдохнула название улицы в спальном районе, богатом на многоэтажки.
— Он сказал, радиус охватывает два многоквартирных дома.
— И как будем искать? Стучаться в каждую квартиру? — Аркадий нервничал не многим меньше ее самой, хоть и старался этого не показывать.
— Может, и не в каждую, — задумчиво ответил Владимир и направился на улицу к вольерам, где в тот момент Римма кормила собак.
Питомцы радостно поскуливали, изо всех сил виляли хвостами и звонко лаяли то ли из благодарности, то ли от предвкушения, то ли чтобы них ни в коем случае не забыли. Все, кроме одного. Пес в крайнем вольере нервно вышагивал вдоль решетки и рычал. Когда очередь дошла до него, он и внимания не обратил на свою порцию корма.
— Римма, у вас, случайно, собак, тренированных на поиск, нет? — поинтересовался Владимир, подходя к белочке, меняющей воду в мисках.
— Ну, ты и спросил, — она перевела недоуменный взгляд с филина на своих подопечных и пожала плечами. — Из тех, про кого знаю — нет. А так — кто их знает.
Владимир переступил с одной ноги на другую и задел лежащий рядом черенок от поломанных грабель.
Пес в крайнем вольере бросился на решетку. От его непрерывного рыка на вдохе и выдохе Римма поежилась, чувствуя, как леденеет изнутри.
— Что это с ним? — спросил филин.
— Грозный у нас парень недоверчивый, но спокойный, если к нему не лезть. Так что не знаю, — снова пожала плечами Белочка и скривилась, глянув под ноги. — Да сколько ж можно?! Мало того, что сломал, так еще и бросил посреди двора! Ну что за де… дивно безответственная личность!
— Это ты про кого? — приподнял бровь Владимир.
— Да про Игоря, — фыркнула Римма.
Филин хмыкнул и наклонился, чтобы поднять черенок. Как только он коснулся палки, едва успокоившийся Грозный снова стал рычать, и ярости в его рыке хватило бы на полк, как минимум. Владимир медленно опустил черенок обратно на землю. Пес следил за перемещениями немигающим взглядом и продолжал хрипло рычать. Филин присмотрелся к Грозному, осмотрел вольер и прищурился.
— А это что? — спросил он у Риммы, указывая на предмет у самой решетки.
Пес на движение руки дуала не обратил ни малейшего внимания, не сводя злого взгляда с черенка.
— А это грабли, — ответила, Белочка, присмотревшись. — Видимо, Грозный опять Игоря из своего вольера погнал. У него к лису какая-то особенная нелюбовь. Хотя раньше он на вещи не бросался. Только на тех, кто нарушал его личное пространство.
— Интересно, — протянул филин и попросил: — можешь принести что-то, до чего Игорь точно дотрагивался или носил?
— Зачем? — не поняла Римма.
— Чтобы на предмете был запах Игоря. Проверить кое-что хочу, — ответил Владимир.
Белочка проследила за его пристальным взглядом, устремленным на Грозного, кивнула и ушла, чтобы вскоре вернуться с тулупом в руках.
— Это роба, в которой у нас клетки чистят зимой. Игорь вчера должен был его надеть.
