– Слушай, ты уверена, что хочешь бежать? На твоем месте я бы немного выждала: мы не знаем, куда бежать и как много тут людей. Если они поймают тебя один раз, второго шанса может и не представиться. И на улице – холод собачий, глупо бежать в мороз без шапки.
– Уверена! – Рыжая повысила голос. – Не могу здесь больше находиться.
Кажется, у нее паника началась, нервы шалили.
И наручники все только усугубляли.
– Хорошо, я тебя освобожу, – после некоторых раздумий согласилась я. Ведь рыжая не обязана здесь находиться со мной. Охота ей бежать, так пусть бежит, в конце концов, у нее своя голова на плечах. – Только предупреждаю: обо мне ни слова, поняла?
– Да.
– И наручники ты сама сняла!
– Да поняла я тебя, не тупая!
Я быстро освободила девицу, она потерла запястье и покосилась на меня:
– А ты ловко с наручниками обращаешься, я думала, такое только в кино бывает.
– Как видишь, не только.
Я потянула ее к двери и сделала знак молчать. Выглянула: в коридоре пусто.
– Как выйдешь, двигай направо, налево тупик.
– Хорошо. Спасибо.
И мы разошлись в разные стороны. Но Рыжая зашипела мне в спину:
– Стой! Как там тебя…? Если смогу выбраться, постараюсь тебе помочь.
– Сначала подумай о себе, – усмехнулась я. – И удачи тебе, Оля Верховцева. Что бы ты там ни задумала.
Не дожидаясь ответа, я скрылась за железной дверью, прилегла на кушетку и скрипя сердце надела наручник: нежная кожа на руке воспротивилась оковам, но пришлось стерпеть. Ничего, кем бы эти гады ни были, они за все ответят сполна, и интуиция подсказывала мне, что все тут ой как непросто.
И наверняка Крокодильда Макара была в этом как-то замешана. Не зря же ее убили. Ответ может прятаться где-то здесь. Да и Рыжая… значит, ее подругу похитили и убили? Что-то подсказывало мне, что девица оказалась здесь не случайно и бежать сейчас не собирается. По крайней мере, не сразу. У нее тоже есть план…
Вскоре в коридоре послышались шаги.
Интересно, Рыжая успела сбежать, или ее поймали?
Шагающий человек остановился возле моей двери. Я распласталась на кровати, приняв вид человека в полубессознательном состоянии, приоткрыла глаза и слабо застонала. Человек зашел, аккуратно прикрыл за собой дверь.
– Ого, посмотрите, кто у нас пробудился! – заметил он мои потуги. Голос я узнала сразу – это тот же тип, что разговаривал со Змеем чуть раньше.
– Красавица, очнись! – он похлопал меня по щекам с заметным усилием.
Я распахнула глаза. Простонала, схватилась за голову. Попыталась подтянуться на руках – звякнул наручник. В ужасе подергав прикованную к кровати руку, я все же села. Дрожа всем телом, огляделась.
– Гены у тебя и в самом деле не промах, надо же, – весело продолжил незнакомец, наблюдая за мной. Он оказался парнем чуть старше меня, обладателем внушительного брюха, пухлых щек и довольной улыбки, и вообще походил на аниматора из парка развлечения. Этакий добродушный Пончик. Надеюсь, этот тип в самом деле не работает с детьми.
– Обычно от этой дряни худые щепки вроде тебя в себя приходят дольше.
– Если я щепка, то ты тогда кто? – прохрипела я.
– Хорошего человека должно быть много, – обиженно заметил незнакомец.
– Сомнительная радость быть хорошим человеком. Да и какой ты хороший? Отравил меня какой-то гадостью, тошнит… ох, как же мне плохо.
– Это пройдет.
Я зажмурилась и оперлась рукой о кушетку. Даже играть не пришлось – после забегов по коридорам и беседы с Рыжей мне в самом деле стало нехорошо, и тошнило по-настоящему. Видимо, активность сказалась.
– Выпей воды, – Пончик протянул мне стакан.
– Сам выпей.
– Отлично, умри тогда от жажды.
– Лучше уж от жажды… мало ли что вы там подмешали.
– Ну… дело в общем-то твое, – пожал плечами Пончик. – Не хочешь – не пей. Но учти: через час ты должна быть как огурчик.
– Ничего я тебе не должна, – я откинулась на кушетке и прикрыла глаза.
Он испугался:
– Эй! Ты там помирать что ли собралась? Просто выпей воды, я обещаю – станет лучше. И ничего там не подмешано.
– Я принципиально не выполняю требования похитителей.
Когда я это говорила, дверь скрипнула. Я приоткрыла один глаз и увидела, как к нам заходит мой новый и крайне неприятный знакомый Борис Иванович. Он же Змей. И, возможно, дело в освещении, но теперь он стал еще больше походить на чешуйчатую тварь.
Появление Змея пришлось кстати. Я уже поняла, что от Пончика толку чуть, а вот Борис Иванович явно человек, наделенный здесь немалой властью, и он должен быть в курсе происходящего.
– А придется, уважаемая Сентябрина Евгеньевна, – прошипел Змей.
– И что же вы сделаете, если я откажусь?
– Вы разумная девушка, не откажетесь. А теперь прекратите ломать комедию, вам пора приходить в себя и собираться.
– Куда?
– Далеко идти не придется, – заверил мужчина со злобной улыбкой. Положительно, у Змея ко мне нешуточная неприязнь, знать бы, с какой стати. Папа что ли ему насолил? И он, дурак, решил на мне отыграться? Существуют же идиоты на свете…
