Во-первых, политика «натиска» Москвы и политика «бегства» Киева могут привести и уже приводят к тому, что с 2008 года Украина и Россия перестают де-факто быть стратегическими партнерами. А в случае, если базовый договор о дружбе не будет продлен, обе стороны окажутся в состоянии договорного вакуума по таким острым вопросам, как территории, имущество, торговые отношения и т. д. Более того, евроатлантический форсаж Украины может превратить оба государства в геополитических противников, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Крым, Азовское море и Черноморский шельф, пограничный режим и проблема прав русскоязычных украинцев — все эти потенциально взрывоопасные темы могут резко обострить внутриукраинскую ситуацию и стимулировать центробежные тенденции в регионах Украины.
Во-вторых, охлаждение отношений Киева и Москвы угрожает перерасти в настоящую информационную войну. Москва и без того с недовольством следила за политикой «культурного национализма», реализуемого украинской властью. Теперь же информационная война может стать инструментом взаимной дискредитации и шантажа («борьба за демократию в России» — со стороны Киева, компромат и обличение национализма — со стороны Москвы).
В-третьих, есть реальный риск того, что на фоне политико-идеологического противостояния резко ухудшится дипломатический и экономический климат. Даже больше. Украина реально столкнется с угрозой необъявленной «торговой войны», которая будет выражаться в сокращении торговых оборотов, росте цен на энергоносители, запретительных мерах, и, что не исключено, даже в снижении объемов поставок энергоносителей с мотивировкой их дефицитности на евразийском рынке. Учитывая, что 2009 год и без того выглядел критическим для украинской экономики, такой поворот событий может существенно осложнить социальную и внутриполитическую ситуацию в Украине.
Какие силы воспользуются данной ситуацией — пока вопрос открыт. Но несомненно одно: ухудшение украино-российских отношений — тенденция длительная, и восстановить равновесие не удастся даже в случае ускоренных политических перемен (перевыборы, смена правительств и пр.).
Украинская политика неустойчива, и на смену нынешнему «культурному национализму» и евроатлантизму могут прийти европоцентричный популизм (БЮТ) или «активный нейтралитет» с экономическим прагматизмом (Партия регионов). Но нереален и невозможен приход пророссийского крыла, поскольку это крыло «сломано» кавказским конфликтом.
Украине необходимо научиться взаимодействовать с новыми геоэкономическими имперскими центрами, не впадая в национализм. России же стоит задуматься о реальных рисках противостояния с Украиной, учитывая угрозы подрыва собственной легитимности и новых внутренних кризисов. Российская правящая элита, стремящаяся к утверждению своей легитимности в глобальном мире, должна быть сама заинтересована в том, чтобы обеспечить устойчивость Украины как шлюза в российско-европейской стратегии сближения.
Дискуссии о национальной безопасности и способах ее обеспечения давно уже приобрели абсурдный характер и стали похожи на средневековые теологические споры о путях достижения «царства божиего».
Так как во взаимоотношениях «добра» и «зла» золотой середины не бывает, то и мифообразы врагов и партнеров как воплощения этих полюсов наделяются соответствующими характеристиками. В случае с Украиной это прежде всего:
— Запад, США и Европа, НАТО — либо «мир демократии и гуманизма», либо — заговор «золотого миллиарда», стремящегося поработить более слабых.
— Россия, Евразия — «братские народы», близкие культуры и общие исторические интересы, либо — империя, отрицающая свободу национального выбора и ценности гражданского общества.
Сознание «барахтается» в этих мифо-антиномиях, не находя рационального выхода, который здесь невозможен в принципе.