Лес постепенно перестал казаться светлым и безопасным. Древние, почти что окаменевшие ветви нависали над землей или вздымались, казалось, к самому небу. Все оплетали бледно-зеленые корни, неприятно живые на вид. Я старалась на них не наступать, Сирена молчаливо игнорировала, Антелла давила при малейшей возможности. Задрав голову вверх, я увидела где-то среди верхних ветвей огромные белые цветы. На моих глазах один из цветков дернулся, когда Ан наступила на очередной корень.
– Хватит, Ан. Черт знает, что это за цветочки.
– Не указывай мне, ясно? Я сама знаю, что делать, – и продолжила давить корни.
Пожав плечами, я стала снова смотреть на дорогу.
– Рита, я давно хотела тебя спросить: что такое «черт»?
– А ты не знаешь?
– Нет.
– Черти – мифические создания. Известно, что с ними невозможно бороться, нельзя уничтожить. О них сложено тысячи легенд – от детских страшилок вроде «кушай хорошо, а то черти заберут» до жутких историй о чудовищах, похищающих людей, сдирающих заживо кожу и отпускающих. Роггенхельм очень любил эти легенды. Когда он создал новый тип охранных монстров, он наделил их почти всеми описанными в легендах свойствами и назвал… угадайте, как.
– То есть черти существуют на самом деле?
– Нечто вроде того.
– Почему тогда я никогда о таком не слышала? – Антелла с раздражением смотрела на небо, которое постепенно заполнялось облаками.
– Ты не крала книги Роггенхельма и не лазала по тайникам, которые он делал.
– Ты уже встречалась с чертями? – поинтересовалась Сирена.
– Да.
– Ну? И как?
– Жуть. Не хочу видеть таких тварей снова. Того, с которым мы встретились…
– Мы?
– Тогда я еще была в команде Лекарей Души. Так вот, того черта я буквально размазала по стенке. А он поднялся, собрал себя по кусочкам и пошел меня добивать. Дейра его замуровала в последней камере захоронений. То, за чем мы шли, так там и осталось. Нам не очень хотелось снова встретиться лицом к лицу с этим… с этим, в общем.
– А как они выглядят?
– Чего ты хочешь? Чтобы я тебя успокоила? Или еще больше напугала? Эти твари принимают любой облик, но им все равно, какой, поэтому они довольно жуткие. Они могут убить тем, что отрастят: когтями, какими-нибудь иглами, клешнями, щупальцами – черт знает, вот уж действительно. Они способны делать свою кожу ядовитой, а глаза отращивать на затылке. На смену облика им нужно меньше минуты. Они способны перенимать способности мага, в которого превращаются. Нравится? Антелла фыркнула, Сирена смерила меня обиженным взглядом и пошла вперед.
– Извини, я на нервах. Я бредила Каплей с тех пор, как впервые о ней услышала. А сейчас она так близко, что даже страшно.
– А мы точно правильно идем? – недовольно оглянулась на меня принцесса.
– Пока да. Мы почти пришли. Я знаю три входа в катакомбы. Все три охраняются такими тварями, каких вы в жизни не видели. Мы идем ориентировочно так, чтобы пройти над катакомбами. Попадем в полукилометровый радиус – ты почуешь Каплю.
– А на что это будет похоже?
– Без понятия.
– Класс! Спасибо огромное за помощь!
Она, похоже, нервничает еще больше, чем я. Но это нормально – даже Сирена близка к истерике, хотя по ней этого не видно.
– Рита…
– Ну что еще?
– А может это быть похоже на зуд в голове? Как будто кто-то запустил пальцы в мозг и тянет в определенную сторону?
Я остановилась, обернулась и уставилась на нее. Сирена замерла, забыв опустить ногу на землю.
– Куда?
Я все-таки немного ошиблась с направлением – шатающаяся принцесса забирала вправо. Мы с Сиреной шли следом, стараясь наступать в ее следы и не нарушать сосредоточение. Зеленые корни начинали беспокойно шевелиться, но их становилось все меньше. Внезапно у меня ослабли колени, кровь ударила в голову. Я запустила пальцы в волосы, пытаясь не дать черепу развалиться на части. Все прошло так же внезапно, как и началось.
Тяжело дыша, я поднялась на ноги. Сирена смотрела на меня с ужасом.
– Что, опять?
– Ага… только я точно не запомнила…
– Спорим, запомнила? – я схватилась за ее плечо, выхватывая из головы нужное воспоминание. Когда Сирена открыла глаза, я покачала головой. – Странный слог. Пророчества таким не пишут.
– Так тебе пророчества передавались от ветров, а сейчас это предупреждение Роггенхельма.
– Да, точно, – я ускорила шаг, догоняя Антеллу, которая почти бежала, держась обеими руками за голову. – Они говорили, здесь у них нет власти.
– А у кого есть?
– У Роггенхельма, у кого же еще? Ан, у нас подсказка.
– Что за подсказка? Откуда?
– От Роггенхельма. Цитирую:
– Что это означает?
– Там может быть западня. Или какая-нибудь симпатичная иллюзия. И молитесь, чтобы там не было чертей.
Из-за деревьев показалась стена из крупных, щербатых серых камней, вздымающаяся словно до неба. Ан, спотыкаясь, пошла вдоль нее. Входа не было. Принцесса остановилась, и я чуть не налетела на нее.
– Ты чего?
– Моя голова…
