Я судорожно втянула воздух. В глазах стояли слезы, мокрые дорожки пролегли на щеках, край стакана стучал о столешницу. Принцесса и ученики смотрели на меня. Поставив стакан, я протерла глаза. Только теперь до меня дошло, что это был обещанный кусочек воспоминаний. Значит… Мое имя – выдумка? Шифр? Как это может быть?
– Что бы ты сейчас не сказала, я это пить не буду, – Антелла отставила стакан. Я посмотрела в свой. До самого края были налиты мои собственные слезы. Ага. Вот в чем был смысл. Ладно, терять-то мне нечего, можно попробовать.
Я подняла стакан и пригубила слезы. Странный солоноватый вкус. Глаза высохли, взгляд на вещи чудесным образом прояснился. Например, я отчетливо поняла, почему стала чаще слышать мысли окружающих, особо не напрягаясь. Просто пришло мое время.
– А вот пить это ей, похоже, понравилось, – с интересом заметил Жан. Взял кристаллик и проглотил. Сирена последовала его примеру. Антелла, осознав, что она одна боится пить, схватила свой бокал.
– Хм… – это единственное, как я могла прокомментировать произошедшее.
У всех троих глаза были закрыты. Руки держали стаканы под подбородками, и слезы лились туда, но это был скорее рефлекс, чем осознанное движение тела.
Никогда бы не подумала, что человек может так плакать. Бокалы набирались на глазах, а горестного воя я не слышала еще ни от одного. Мои спутники только едва шевелили веками да шмыгали носом. Интересно, что вспоминает каждый из них? Антелла прекратила плакать первой, за ней – близнецы. Девочки, похоже, были погружены в себя. Жан молча протянул мне стакан.
– Пей. Тебе же понравилось.
Пожав плечами, я выпила чужих слез.
