А сражение получилось невероятно горячим и не менее скоротечным. Один из рыцарей с поднятым мечом сразу устремился на Додюра, посчитав его более опасным соперником. И зря проигнорировал Аристину. Прекрасная княгиня послала своего коня в прыжок, затем идеальный выпад, и острие рапиры пронзило шею первого врага. Тогда как Фериоль мастерски отбил первый удар второго рыцаря, при втором отрубил ему руку вместе с железной рукавицей, а последующим тычком в решётку забрала оборвал крик боли и отчаяния.
А вот Виктор несколько перестарался со старым столпом местного дворянства. Тот ещё только понукал коня двинуться вперёд и размахивал шпажкой, как огромный двуручник с гудением рухнул сверху, разрубил тело графа наискосок от плеча до живота и по инерции резанул невинного коня по шее. Тот рухнул как подкошенный, своим падением заставив несущихся воинов в плащах чуть отклониться в сторону. Причём в глазах всех четверых уже читался некий страх и ужас: пусть чужаков и меньше, но за пару мгновений уничтожить троих – дело тоже нешуточное. А уж брутально кровавая смерть предводителя могла напугать кого угодно.
Мало того, обладатель невероятного по размерам меча даже не вздумал останавливаться или перейти в оборонительную стойку. Наоборот, ещё больше ускорил своего коня и практически одним вращательным движением снёс головы ещё двух самонадеянных врагов. Третьего прикончила элегантным выпадом Аристина, а четвёртого, который попытался развернуться и ускакать, достал в спину выстрелом из арбалета Додюр. Мечом он до сих пор владел из рук вон плохо, а вот стрельба у него с каждым разом получалась всё лучше и лучше.
То есть семерых нападающих приговорили, словно на тренировке, играючи. И не спеша стали отъезжать от тракта к выбранному возле опушки леса месту.
Иные люди, путешествующие по тракту, сразу приостановились в движении или, правильнее сказать, решили поскорее удалиться от опасного места. Так что в месте стычки, кроме семи трупов да парочки бьющихся в агонии лошадей, никого не осталось. А значит, плохие намерения иных нападающих будут видны издалека. И те свои ну очень плохие намерения выказать не замедлили. Оба отряда съехали с тракта заранее и теперь неслись к отряду Менгарца с двух сторон и на максимальной скорости. Ни гибель подельников, ни гибель самого графа их не остановила и не заставила задуматься о собственной участи.
Зато полное раздолье в действиях получили катарги. Несколько выждав и убедившись, что пятеро скачущих от городка уже почти ввязались в схватку, они рухнули на отряд заслона из десяти врагов аккурат там, где тем оставалось проскакать метров сорок до столкновения. Причём своей атакой орлы не только убили всех десятерых, но ещё и несколько парализовали дополнительным ужасом первую пятёрку, воины которой прекрасно увидели и осознали смерть своих подельщиков не просто от рук иных людей, а от лап гигантских и самых опасных для человека пернатых созданий.
Может, именно поэтому отряд Менгарца расправился с последними врагами так же лихо и без единой для себя царапины. Ни один из поборников рабовладения не ушёл. Ну разве что кто из наблюдателей или шпионов несколько раньше затерялся среди обычных путников. Кстати, именно к ним максимальным по громкости голосом и обратился Виктор, когда вернулся на тракт:
– Люди! Вы только что видели, как тайный надзор проклятых Извозчиков попытался уничтожить нас, посланников великого Триумвирата. Им страшно становится, что есть новый закон, разрешающий вольным охотникам уничтожать Извозчиков и забирать их состояние себе и на благо общины. Но доля их решена! Участь их – только смерть! Уничтожайте этих мясников всюду и всеми силами! А этих, – он демонстративно, легко держа двуручник, словно шпагу, одной рукой, указал им на трупы рядом и за своей спиной, – мы отдаём в трофеи вам! Можете их обобрать, а тела закопать без всякой могилы. Они жили как скоты, пусть и памяти о них не останется в сердце народном.
Фериоль заметил, что люди с некоторой опаской косятся на небо, и жестом попросил у своего товарища слова:
– Хозяева неба тоже видят творящуюся на земле несправедливость. Некоторые из них начинают помогать людям, борющимся за правое дело. И так будет всегда!
Речь жреца не отличалась какой-либо конкретикой, и её практически не поняли. Разве что осознали самое главное: простым людям орлы, как и раньше, не угрожают. Не трогай их – и они тебя не тронут. А уж как катарги решились защитить в данном месте именно этот отряд из четверых всадников, так и останется для случайных свидетелей загадкой.
Да и командир отряда не оставил времени для ненужных вопросов из толпы:
– Теперь вы всё поняли и всё знаете. А нам надо спешить! Прощайте!
