– Отряд Дваладзе сейчас засел в Новом районе!
– Что там у вас творится? – спросил Нодар и огляделся вокруг, словно проверяя, не наблюдает ли кто-нибудь за ними.
– Война тут идет, плохо все!
– Так как найти Амирана? – спросил Нодар.
– Вам зачем?
– Мы собираемся к нему. Если все будет хорошо, завтра уже доберемся.
– К нему? – в трубке повисло молчание, потом послышался разговор. На том конце явно спорили на грузинском, но слов было не разобрать. Наконец мужчина вернулся к трубке:
– Алло, слушаешь?
– Да-да, – крикнул Нодар.
– Записывайте! – мужчина продиктовал пятизначный номер. – Он должен быть там. Если что, идите в штаб на Кирова, пять. Ой, твою!.. – выругался мужчина, и в трубке послышались короткие гудки. Связь прервалась.
– Война? А то мы не знаем! – проворчал Нодар и посмотрел на Андрея. Они попытались дозвониться до Амирана, но тщетно. Трубку никто не брал. – Идем, немного поспим. Завтра в шесть часов выезжаем.
Нодар вздохнул и направился к выходу.
– На Кирова?
– Да, это штаб наших, я там кое-кого знаю.
Гиорги и Пата уже спали. Андрей переоделся в спортивный костюм и залез в свой спальный мешок. В нем было неуютно, судя по запаху, его уже не один раз использовали, но деваться некуда, пришлось привыкать.
«А где же Амиран? – думал Андрей и тут же сам себе отвечал. – Воюет. Почему? Потому что так считает нужным. Политика здесь совсем запутанная, кто за кого, не поймешь! Каждый как будто сам за себя. Настоящая гражданская война. А мирные жители? Кто позаботится о них? Никто! До них никому нет дела. Но он там, он бьется за них, чтобы они успели уйти из Абхазии. Грузии как государства сейчас нет, она разваливается из-за внутренних противоречий. Грузины оказались потеряны в этом историческом хаосе. Союз развалился, и все бывшие республики, за редким исключением, грызут сами себя. А там, где сейчас все тихо, что, руководители поумнее? Или это лишь кажущееся спокойствие, и еще неизвестно, чем у них все обернется? Может, там меньше внутренних противоречий…»
Где-то вдалеке были слышны хлопки выстрелов. Они звучали то ближе, то дальше. Андрей вслушивался в эти звуки и пытался представить, кто сейчас стреляет. Первыми шли очереди, скорее всего, грузинских отрядов, которые пытались прорвать заблокированную трассу под Ахалдабским мостом, а после раздавались ответные выстрелы абхазов. Лишь изредка, когда треск автоматных очередей ненадолго смолкал, в тишину врывалось пение цикад. Настоящая южная ночь в теплом крае, который превратился в ад.
Андрей не мог уснуть и пересчитывал боекомплект, который предназначался лично ему. Один автомат АК-47, один пистолет Макарова. К автомату прилагалось четыре магазина, к пистолету два.
Где-то гулко бухнуло. Андрей поежился: «Наверное, нужно больше магазинов для автомата. Против пушки не поможет, но все-таки спокойнее будет». Камуфляжа у Андрея не было, поэтому утром он решил снова переодеться в джинсовый костюм и кроссовки. Это, конечно, не так удобно, но выбирать не приходилось.
Сон все не шел, и Андрей завидовал своим спутникам, которые вовсю храпели. Он смотрел на звездное небо и луну, которая огромной матовой лампой висела над землей, и пытался отвлечься от мрачных мыслей, а потом начал считать звезды.
Его тело гудело от напряжения. Андрей повернулся на бок, но легче не стало. Он понимал, что, возможно, это последние дни в его жизни. «Если что, главное умереть быстро, не мучиться. А если тяжелое ранение? Или плен?» Но плен не так страшил Андрея: он русский, а русские помогают абхазам.
Время шло, проворочавшись в спальном мешке полночи, Андрей все же уснул, но потом пришлось вылезать, чтобы справить нужду. Подойдя к густым кустам, он услышал шорох – из-за кустов вышел гвардеец с прибором ночного видения. Андрей замер.
– Что такое? – поинтересовался гвардеец.
– Отлить хочу.
– А! Мы тут сторожим.
Андрей кивнул и, отойдя подальше, пристроился под ветки невысокого дерева. Вернувшись, он сразу уснул, но буквально через секунду его разбудил грохот. Спросонья Андрею показалось, что это просто гром. Но тут к нему подбежал Нодар.
– Вставай! Быстро! – скомандовал он. – Это наши начали наступление на Ахалдабский мост. Я сейчас, – Нодар куда-то убежал.
Андрей открыл глаза. Было около пяти утра, уже начало светать. На бледно-голубом небе ни облачка. Мощная артиллерийская канонада сменилась треском автоматных очередей.
Андрей быстро вылез из мешка и переоделся. Закинул автомат на плечо и засунул пистолет за пояс джинсов. Через несколько минут вернулся Нодар.
– Вот тебе лимонки достал, – он выгреб из мешка несколько гранат. – Пользоваться умеешь?
Увидев сомнение и растерянность на лице Андрея, Нодар вздохнул и стал объяснять, взяв одну лимонку в руки:
– Разгибаешь усики, выдергиваешь чеку и сразу же швыряешь в противника, – он взмахнул рукой. – Понял?
Андрей кивнул, но подумал, что вляпался по полной. Вскоре появились Пата и Гиорги – в камуфляже и с боекомплектом. У Паты даже была каска на голове.
– Мы тут прибарахлились – Микава помог, – сказал Гиорги. – Он, кстати, нас вызывает. Что-то хочет сказать.
Все последовали за ним.