Студенты подошли к столу, за которым уже сидел преподаватель, и стали тянуть билеты. Андрей задержал взгляд на Филатове: «Да, с этим человеком будет сложно договориться». Не раздумывая, взял один из двадцати пяти раскиданных в хаотичном порядке листков бумаги, перевернул его и прочитал вопросы: «Философское учение Платона и Аристотеля», «Роль религии в общем человеческом бытии. Примеры религий, которые объединяли человечество. Их отрицательная роль», «Философия эпохи Просвещения. Основные характеристики эпохи, главные тезисы». Ситуация была почти безнадежная: Платона и Аристотеля Андрей вообще не изучал, про эпоху Просвещения что-то читал, но для ответа на экзамене этого точно будет недостаточно, а о религии… о религии он мог разве что «пофилософствовать». Конечно, Филатов его завалит. Неторопливым шагом Андрей направился к самой последней парте, но его остановил строгий голос профессора:
– Вы, молодой человек, сядьте за первую парту! – своей непропорционально длинной рукой Филатов указал, куда нужно сесть Андрею.
«Да, здесь тебе не “галерка”, – думал Андрей. – Там можно обсудить условия, договориться, если что». А тут он никак не мог повлиять на то, что происходит. Андрей сел, положил перед собой билет и еще раз прочитал вопросы. Он напрягал память, пытаясь выудить хоть что-то, за что можно было бы зацепиться, но тщетно. В аудитории стояла тишина, которую прерывали только редкие покашливания и шуршание бумаги.
– Хочу предупредить вас сразу: будете списывать – выгоню без права пересдачи! – грозный голос Филатова заставил студентов вздрогнуть.
Профессор смотрел на них так строго, что никто не посмел вытащить шпаргалку. Да, этот преподаватель очень серьезно относится к своему предмету. Андрей даже позавидовал ему: «Он любит свое дело, и сейчас он главный. Что может быть лучше в жизни?»
Любимое дело очень украшает человека. Увлеченность своей работой и уважение к ней добавляют сил. А если он еще и добивается успеха в той сфере, где работает, то становится сильнее вдвойне. Но Филатов производил впечатление человека надломленного, обиженного.
– Малышев! – вызвал профессор. Студент, который сидел за первой партой правого ряда, встал и направился к преподавательскому столу.
Андрей сидел за первой партой левого ряда, и если экзаменатор будет вызывать студентов, которые сидят ближе к нему, то следующим должен был быть он. Андрей прислушался, чтобы понять, насколько придирчиво Филатов выясняет студенческие познания. Экзаменатор слушал внимательно, не пропуская ни одного слова, не перебивал студента, даже когда тот явно «тонул». А потом начались дополнительные вопросы – и тут отвечающему пришлось особенно туго.
Да, выкрутиться не получится. «Сам виноват, – подумал Андрей. – Меньше пропускал бы, сейчас хоть что-то бы вспомнил». Как это ни странно, но с честным осознанием своего безвыходного положения к Андрею пришло спокойствие. Он перестал терзать свою память и расслабился – смотрел в окно, любуясь прекрасным летним днем. Потихоньку разглядывал одногруппников. Сложил вдвое свои экзаменационные листы.
– Удовлетворительно, – резко сказал профессор. Малышева это вполне устроило – облегченно выдохнув, он встал и схватил зачетку.
Андрей уже подготовился идти на свою казнь, как вдруг Филатов его остановил:
– Нет, не вы! Вот барышня пусть ко мне подойдет, – профессор указал на девушку, которая сидела за Андреем.
Андрей почувствовал облегчение, хотя казнь не отменялась, а лишь откладывалась. Он сидел и думал о Марине. Ему вдруг показалось, что за то короткое время, пока они не виделись, они стали чужими друг другу. Он тут мучается, а она где? Чем занимается? Наблюдая за тем, как Филатов разделывается с очередной жертвой, Андрей жалел, что не послушал утром свой внутренний голос и не остался дома.
– На пересдачу! – прозвучала сакраментальная фраза экзаменатора. – Можете идти!
Студентка долго не могла прийти в себя. Она сидела не двигаясь, будто приклеенная к стулу.
– Девушка, вы свободны! У вас будет время подготовиться к пересдаче. Почти все лето еще впереди, – снисходительно сказал Филатов. – Следующий!
Андрей проводил глазами несчастную студентку и сел на ее место, положив перед собой тетрадный лист с записями.
– Давайте ваш билет, – потребовал Филатов, протянув руку.
Андрей нехотя отдал ему обрезанный листок бумаги. Филатов достал большой носовой платок и высморкался, затем не спеша вытер нос.
– Ну, что скажете по первому вопросу? – спросил профессор, заглянув в билет.
– Это обширный вопрос, можно с третьего начать? – попросил Андрей.
Филатов поднял свои еле заметные, жидкие брови, как будто просьба Андрея поразила его.
– А в чем причина того, что вы меняете очередность? Или вы вообще ничего не знаете по первой теме?
– Просто я более подробно написал то, что лучше знаю, – попытался выдать правдоподобную версию Андрей.
– Ну так начните монолог, я послушаю.
Андрей набрал в легкие побольше воздуха.